И дальше, по пунктам, изложено, что т. К. Сорса должен сказать своим коллегам:

1. Хотя вряд ли оправданно говорить о «конце десятилетия разрядки (как это делают ее противники)», трудно отрицать, что процесс разрядки застопорился.

2. Особую озабоченность вызывает то, что нет никакого продвижения вперед именно в сфере военной разрядки: переговоры в Вене в тупике, ратификация ОСВ-2 отложена Картером, решение декабрьской сессии совета НАТО делает для СССР продолжение переговоров о сокращении ядерных средств средней дальности в Европе невозможным.

3. Обе сверхдержавы — США и СССР — по-разному объясняют причины обострения международной обстановки, но важно то, что они предлагают. Картер, «ссылаясь на несуществующую советскую угрозу, упорно ведет дело к наращиванию военной мощи США и НАТО».

Он принял решение об увеличении военного бюджета, о разработке новых систем оружия, о создании корпуса быстрого реагирования. В сочетании с планами размещения американских ракет в Западной Европе и согласием стран НАТО автоматически увеличивать свои военные расходы в течение ближайших пятнадцати лет все это может вызвать ответную реакцию СССР и Варшавского договора.

В результате советско-американские отношения значительно ухудшились, что отражается на общем климате отношений. СССР же «воздерживается от драматизации обстановки, подчеркивая, что политика разрядки имеет глубокие корни. Л. И. Брежнев заявил о готовности СССР продолжить политику разрядки, вести честные и равноправные переговоры по разоружению при соблюдении принципов равной безопасности».

4. Как бы по-разному ни оценивали в Европе причины обострения ситуации, «однако преобладающим является мнение о необходимости сохранить разрядку».

5. Необходимо использовать богатый, накопившийся за десятилетие политический потенциал разрядки, чтобы сдвинуть ее с мертвой точки, и уж во всяком случае «было бы опрометчивым так или иначе способствовать, а тем более подогревать обострившуюся конфронтацию двух великих держав».

6. «Реальной, конструктивной альтернативы разрядке и разоружению нет. Западная Европа могла бы в этот решающий момент внести свой позитивный вклад в “охлаждение страстей” на международной арене. Как представляется, наиболее эффективное средство, к которому она могла бы прибегнуть, состоит в том, чтобы не “выбирать между США и СССР” и не пытаться быть арбитром в их отношениях. Следует выбирать не между ними, а между “холодной войной” и разрядкой, а выбор в этом отношении Европой уже сделан в пользу последней.

Конечно, это потребовало бы проведения более активной политики и в вопросах разоружения, и в иных сферах сотрудничества».

7. «Международная практика подтверждает, что линия Социнтерна на более активное участие в рассмотрении и решении проблем разоружения была верной. Эта линия (…) показала, что социал-демократия располагает большими возможностями и для оказания позитивного влияния на правительственные круги тех стран, от которых, прежде всего, зависит успех в продвижении по пути военной разрядки».

В заключение политбюро писало:

«Анализ сложившейся ситуации позволяет сделать следующие рекомендации:

- Социнтерну было бы целесообразно продолжать вести свою линию в вопросах разоружения. Особо важным представляется завершение разработки позиции по всему комплексу проблем разоружения и принятие ее Социнтерном в качестве его документа;

- социал-демократия могла бы активизировать свои действия (используя при этом богатые возможности, которыми она располагает, в том числе в профсоюзах и в средствах массовой информации) для преодоления пассивности и растерянности части общественного мнения, которое явно обескуражено и обеспокоено резким поворотом событий на международной арене;

- наконец, Социнтерну (…) было бы полезно продолжать контакты с Москвой и Вашингтоном.