— Факт знакомства с ними этот упырь не отрицает, так что, скорее всего, эти пропавшие девушки лишь видимая часть его преступного заработка…

— Ну, хорошо, Ир, — кивнул Баранов. — Но начнём мы всё-таки с твоего исчезновения четвёртого января!

— Рассказывай подробно, — Рюриков сняв очки, прищурился. — Лучше больше, чем меньше!

— Не пропускай ничего, — сунув в рот жвачку, прошепелявил Баранов. — Всем будет интересно посмотреть на телеведущую, которая, как обычная лохушка, повелась на сдачу дешёвой квартиры и пропала на целый месяц…

— А потом воскресла, как птица Феникс, — закончил Рюриков и похлопал Ирину по плечу. — Далее история про пропавших журналисток от Виталины Роговой… Затем комментарий гипнолога, и в самом конце история племянницы Байкаловой!

— Фото всех исчезнувших приобщим в процессе монтажа, — добавил Баранов. — Главное, не переборщить! Ирина, рассказывай с подробностями, пожалуйста… Давай иди, Ирочка!

— Не подкачай, Ир! — кивнул Зайчелло, перекрестив Ирину спину.

На экране монитора показались крупные ухоженные руки Байкаловой с большим перстнем.

— Петя, ты турмалиноман? — увидев перстень, в пятый раз возмущённо воскликнул Рюриков, глядя на оператора. — Скромнее надо быть, Петя… Зачем злить народ, а?.. И фразу о том, что владельцы Биосайта — спецслужбы, убрать к чёртовой матери! А вот фразу Байкаловой: «Мне плохо!» — оставить! Народу понравится, что ей плохо… Народу тоже, ой, как не хорошо в настоящий момент!

Шел монтаж только что отснятого шоу.

— А этот кусок оставим? — редактор Баранов смотрел на монитор и морщился.

На мониторе гипнолог Чупачупский говорил о пропавшей Насте Тихоновой.

— Нет человека, который бы без боязни выходил на улицу последние двадцать лет. А ещё, в России нет человека, за исключением неразумных младенцев, который был бы уверен в завтрашнем дне! Мы все заложники установившегося абсурда, когда милиция не замечает бандитов, а врачи лечат не болезни, а платежеспособных клиентов… Чтобы вылечить одного малыша с лейкозом, нужно больше ста пятидесяти тысяч долларов и это при зарплате его матери, в лучшем случае — всего четыре тысячи рублей!.. И эту зарплату в стране получают миллионы, она считается самой обычной. Значит, заболеть лейкозом у нас могут только дети миллионеров? — гипнолог вытащил электронную записную книжку. — У остальных на это просто нет ни копейки денег…

— Вы-то, сами, стали весьма обеспеченным человеком за последние годы, — перебила гипнолога Байкалова.

— А вы? — Чупачупский поморщился и неприязненно оглядел писательницу.

— Попробуйте написать всего один роман, и вы поймёте, что это за хлеб!.. — рассерженно парировала Байкалова.

— Да вам просто повезло, — с видом знатока отразил атаку гипнолог. — Я читал одно ваше произведение, так вот, ничего хорошего, поверьте… Я хотел сказать, ничего особенного!

Байкалова от души рассмеялась.

— Спасибо на добром слове!

— Кушайте на здоровье, — проворчал гипнолог. — Так вот, несмотря на шпильки с вашей стороны, если Потявин причастен к исчезновению молодых женщин, то я из него выужу всё.

— Гипноз и никакого мошенничества? Вы сами-то верите в это? — хмыкнула Байкалова.

— Чего она в нём сомневается? — мрачно протянул редактор.

— Режь, — резанул по воздуху Рюриков.