— Рукав оторвёшь, шизофреничка! — огрызнулся Горохов и выудил из кармана куртки телефон, перетянутый изолентой. — Не видел я их, они кинули записку и мобильник мне под дверь.

— Но почему ты их слушаешься? — не поверила Ирина.

Горохов поморщился и показал на шею.

— Обещали придушить, если не передам.

— Когда они позвонят?..

— Отстаньте от меня все! — Горохов истерично стряхнул с носа очки и вытер их пальцами. — Ну, откуда я знаю, когда они тебе позвонят?.. Слушай, ну дай взаймы, а? Что я просто так сюда пёрся?..

— Возьми, ради бога! — Ирина вытащила из кошелька и протянула Горохову самую крупную купюру. — Но почему они общаются со мной через тебя, Витольд?..

— Страна знает своих героев, — Горохов, не глядя, сунул деньги в карман брюк и ушёл не попрощавшись. Его пористый нос дважды мелькнул внизу лестницы и пропал.

— По-моему, у юноши завышенная самооценка, — задумчиво пробормотала тётя Валя, проработавшая учительницей начальных классов всю жизнь. — А кто он этот Витольд?! Ирочка, ну, куда ты снова собираешься в первом часу ночи? Давайте лучше позвоним в милицию?.. — и в эту секунду хрипло зазвенел, перетянутый синей изолентой, мобильник.

— Одна… С деньгами… Через полчаса, — отрывисто приказал незнакомый мужской голос.

— Пока не поговорю с Яшкой, я никуда не пойду, — собрав всю волю в кулак, ответила Ирина. — Пусть он скажет хоть что-нибудь!

— Малец спит, — проворчал голос. — Ну ладно, разбужу.

Ирина, вжав мобильник в ухо, через полминуты услышала, как сонный детский голосок произнёс всего три слова:

— Мама, это Яша…

— Меняем? — сквозь помехи снова спросил тот же голос. — Ну?..

— Да!.. — закричала Ирина.

— Ладно, не ори! — рявкнул голос. — Подходишь к автобусной остановке на Чаянова, кидаешь деньги в урну, мы подъезжаем, забираем деньги и оставляем мальца. Ты в это время стоишь в ста метрах от остановки…

— Нет, так не пойдёт! — закричала Ирина. — Я должна увидеть, что вы везёте ребёнка! Вы должны проехать мимо меня на машине, чтобы я увидела Яшку. Иначе, я не приду, — еле слышно добавила она.

— Мы тебе ничего не должны, — напомнил голос. — Это ты нам должна тридцать тыщ баксов!..

Ирина покосилась на пухлый пакет, в котором лежали фальшивые доллары, полученные под расписку в милиции и промолчала.

— Ладно, — хмыкнул голос. — Хиляй на Чаянова и жди, мы проедем мимо тебя, потом ты оставишь в урне деньги и отбежишь. Твоего мальца выпустим сразу, как заберём деньги из урны. Если заметим ментов, мальца увезём и больше ты его не увидишь! Поняла?..

— Да! — закричала Ирина. — Не сомневайтесь, я всё сделаю, как надо!

— Лады, — выплюнул голос, и связь оборвалась.

Ирина выбежала из подъезда и поглядела в небо. Натянутые струны дождя перечеркнули его насквозь. Втянув голову в плечи, Ирина свернула на соседнюю улицу и услышала, как чёрное пространство над её головой вздохнуло и раздался взрыв, похожий на хлопок ладоней великана из рекламы кукурузы.

— Рзаццц!.. — это гремел первый майский гром.

Дождь полил, как из ведра и Ирина, подняв капюшон, помчалась напрямик через Южную площадь.