Селимус засмеялся.

— Успехов вам, Кайлех. Как я понимаю, ее муж проложил только одну борозду. Вас ждет нетронутое поле. Не забывайте о своем обещании.

Слова Селимуса повергли Уила в ужас, но он решил поразмыслить над ними позже, а пока, пользуясь возможностью, высказать врагу все, что накопилось в душе. Ему еще самому не приходилось слышать, чтобы голос Илены звучал так холодно и угрожающе.

— А ты, Селимус, запомни мое обещание. Когда мы снова встретимся, ты умрешь, а я буду свидетелем твоей смерти. Только ты и я. Запомни это.

Канцлеру Джессому слова Илены показались до странности пророческими. Он не мог объяснить почему, но этой холодной северной ночью угроза казалась очень реальной, хотя и исходила от беспомощной пленницы, совсем молодой женщины. Поймав взгляд Илены Тирск, он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Джессом чего-то недопонимал, даже его острый ум не мог сообразить, почему Илена так уверена в себе и абсолютно спокойна. Подумать только — она умоляла о собственной смерти! Разве человек в здравом уме решится на такое? Он посмотрел на Аремиса и очень удивился, заметив, что тот, в свою очередь, наблюдает за ним. Ключ к разгадке кроется в отношениях между Аремисом и Иленой, Джессом был в этом уверен. Он задумчиво прищурился и даже не заметил, как гренадинец кивнул ему, когда гости, в сопровождении легионеров, тронулись в обратный путь.

Канцлер наблюдал за их отъездом, пребывая в полной уверенности, что, несмотря на обещание короля, с последним членом семьи Тирсков они еще встретятся.

Путешествие к границе было небогато событиями и по большей части проходило в молчании, что вполне устраивало Уила. Его лошадь следовала за остальными всадниками, а он размышлял о новом повороте событий. Обидно, конечно, что планы в отношении Селимуса не осуществились, но ведь и Финч предупреждал о непредсказуемости дара Миррен. Возможно, это и есть один из таких случаев. Но цель осталась прежней, изменился только путь к ней. Он еще встретится с Селимусом, и тогда уж обязательно отпразднует победу. Мысли его вернулись к Кайлеху. Почему тот отвел руку убийцы? Уил был благодарен королю горцев. И ведь верно, все его предыдущие убийцы держали оружие в руках. Он заметил, как Кайлех поманил Аремиса, и тот подъехал к нему, но их разговора услышать не мог, поэтому опять погрузился в свои мысли.

— Какие у тебя отношения с Иленой Тирск? — как всегда напрямую спросил Кайлех.

— Не понял, ваше величество. Что вы имеете в виду?

— Не притворяйся. Думаю, я не заслуживаю этого.

Аремис вздохнул.

— Вы правы, ваше величество. Я не хотел, чтобы Илену убили.

— Это понятно, Но почему?

— Потому что она ни в чем не виновата.

Кайлех раздраженно фыркнул.

— Я это и сам понял, гренадинец. Скажи мне то, чего я не знаю. Что вызвало то безмерное отчаяние в твоих глазах, которое заставило меня остановить убийство.

Аремис знал, что должен обойти правду очень осторожно. Кайлех не удовлетворится малым.

— Когда Мирт и его солдаты подобрали меня в восточной части Скалистых гор, — начал Аремис, — я, как вы знаете, ничего о себе не помнил. — Король кивнул, но ничего не сказал. Вдали уже виднелись зажженные факелы. Совсем скоро они соединятся с отрядом горцев. — Когда память наконец вернулась, — продолжал Фарроу, — я вспомнил, за что получил деньги перед встречей с бандитами в северном Бриавеле.

— Мне хотелось бы услышать конец истории до того, как мы доберемся до наших солдат, Аремис, — мягко заметил Кайлех.

Наемник кивнул и перешел к сути дела.

— Селимус нанял меня, чтобы я выследил и убил Илену Тирск.