Молодой воин кивком поздоровался с Иленой и низко поклонился королю.

— Простите меня, ваше величество, но я принес плохую новость.

— Плохую? — переспросил Кайлех. — Тогда выкладывай.

— Я могу говорить свободно? — спросил он, глядя на гостью короля.

— Говори быстрее, не тяни, — рассердился Кайлех.

— Хорошо, ваше величество, — пробормотал Борк и отвесил еще один поклон. — Дело в том, что я… ну, проходил сегодня вечером мимо конюшни и услышал ужасный шум. Это был ваш жеребец, ваше величество.

— А где был Мегрин? — спросил король.

— Именно об этом я и хотел вам сказать. Мегрин мертв.

Король помолчал немного, пытаясь взять себя в руки.

— Его убил конь? — громко спросил он, размышляя, могли Лотрин совершить такое.

— Нет, ваше величество. Он убит одним из наших и гренадинцем.

— Что?! — вскричал Кайлех, уже не думая о соблюдении приличий. Уил встал и отошел в сторону. Что же могло произойти между Аремисом и Галапеком, раз дело дошло до убийства?

— Фарроу тоже был там? — спросил король.

Борк кивнул.

— Но сделал это не Фарроу, ваше величество.

— Говори. — Лицо Кайлеха потемнело, глаза сверкали от гнева. Король едва сдерживался. Уил знал этот взгляд, когда-то он видел его глазами Ромена. Все говорило о том, что нужно бежать, но возможности он не видел. Мужчины забыли о нем, и Уил внимательно осматривал комнату в поисках пути к отступлению. Но других дверей, кроме той, возле которой сейчас стоял Борк, не было. Уил оказался в ловушке.

— Это сделал Мирт, ваше величество.

В комнате воцарилась мертвая тишина. Даже воздух, казалось, сгустился в этот ужасный момент.

Голос Кайлеха, когда прозвучал, напоминал стон. Слишком сильным был удар. Еще одно предательство, предательство человека, которому он доверял, как себе самому.

— Ты уверен?

Борк кивнул. Его взгляд перебегал с Илены на короля.

— У меня было свидание с девушкой, ваше величество. Простите. Мы с ней устроились на сеновале, над стойлом вашего жеребца, когда вошли двое. Я сразу узнал Мирта, да и гренадинца не трудно было распознать, несмотря на полумрак в конюшне.

— Продолжай, — приказал король. Он напрягся, как хищник, готовый броситься на добычу.

Борк замялся. Горец, похоже, уже пожалел, что решился донести эту страшную новость до короля. «Ну что, Борк, стушевался», — со злорадством подумал Уил, наблюдая за мучениями солдата, пытавшегося объяснить королю то, что тот не хотел слышать, но требовал рассказать.

— Мирт и Фарроу, они… — Борк все никак не мог заставить себя продолжить.

— Что? Что они сделали? — почти закричал Кайлех.

Борк перевел дыхание.

— Они разговаривали с Галапеком, ваше величество.

Если до этого Уил и думал, что атмосфера в комнате напряжена до предела, но теперь понял, что ошибался. А это был зловещий знак. Борк постарался заполнить тишину.

— Гренадинец разговаривал с конем, словно тот мог его слышать, и Мирт тоже. Они… меня просто поразили, ваше величество, — сказал он и посмотрел на короля в поисках поддержки.

— Продолжай!

— Они называли коня Лотрином.

У Кайлеха вырвалось гневное восклицание. Он схватил кувшин с вином и разбил его об пол. По гранитной поверхности разлилась сиропообразная жидкость цвета меда.

— Заканчивай скорее, Борк, черт тебя побери! — воскликнул король.