Она сама именно так всегда и делала. Ее увлечение живописью претерпело некоторую трансформацию и переросло в профессию. Мириам стала дизайнером обуви — сапожником, как она сама говорила. Она создавала необыкновенные, потрясающе красивые туфли, которые пользовались большой популярностью. А Кристина была ее любимым манекеном: Мириам утверждала, что ее изящная ножка идеально подходит для такой изысканной обуви. И, конечно же, она постоянно дарила Кристине туфли. У той уже была целая коллекция фирменной обуви от Мириам, которой позавидовала бы любая модница.

Мириам всегда добивалась того, чего хотела. Ее смелости и уверенности в себе хватило бы на двоих, а то и на троих человек. Рядом с ней Кристина всегда чувствовала, что все ее страхи исчезают, а проблемы, еще недавно казавшиеся огромными, стремительно уменьшаются до микроскопических размеров.

«Жизнь — это праздник», — заявляла Мириам, и это было не просто девизом, а каждодневным руководством к действию. Кристина во многом была противоположностью Мириам. Может, именно в этом и заключался секрет их многолетней, не омраченной ссорами и размолвками дружбы. Они обе хорошо понимали различие своих характеров, принимали это и не пытались друг друга переделывать.

Кристина никогда не ощущала в себе той кипучей энергии, которая была свойственна ее тете. Она была очень спокойной, задумчивой, иногда даже медлительной. Но все, за что бы она ни бралась, она делала очень аккуратно и тщательно, с полным вниманием ко всем мелочам.

Кристина, как и Мириам, любила развлечения, ей тоже нравились веселые компании, шутки и смех. Но иногда на нее нападали приступи меланхолии или мечтательности, когда ей совершенно ничего не хотелось делать и она могла часами сидеть у окна, забывая переворачивать страницы книги, лежащей на коленях, и смотреть на спешащих по тротуарам людей и мчащиеся в противоположных направлениях потоки машин.

Бросив последний взгляд в зеркало, Кристина вышла из квартиры Мириам и нажала кнопку лифта. Время поджимало: замечтавшись на балконе под весенним солнышком, она вышла на пятнадцать минут позже, чем это было необходимо, чтобы вовремя и без спешки добраться на работу.

Она быстрым шагом прошла мимо швейцара, встретившего ее широкой улыбкой, успела улыбнуться в ответ и произнести:

— Доброе утро!

Оказавшись на тротуаре, огляделась в поисках такси. Как назло, в пределах видимости не оказалось ни одного черного автомобиля с оранжевой надписью. Или хотя бы розового, которые в последнее время вошли в моду.

— Мисс, — окликнул ее вышедший из дома швейцар.

Она оглянулась и вопросительно на него посмотрела.

— Вы ищете такси? — спросил он.

— Да, — кивнула Кристина. — Но мне не везет. Похоже, сегодня я опоздаю на работу и получу нагоняй от начальства.

— Ничего подобного не случится, — успокоил ее швейцар. — Через несколько минут здесь будет мой внук. Он отвезет вас туда, куда вам нужно.

— Ну что вы, не стоит беспокоиться, — произнесла Кристина.

— Какое беспокойство, — возразил швейцар, — это его работа. Он у меня таксистом работает.

— Ах, — выдохнула Кристина, — это просто замечательно!

— Очень приятно оказать вам услугу, — ответил он с легким поклоном.

Они стояли рядом с широкой лестницей, щурились от яркого солнца и не спеша беседовали о погоде.