В ванной зашумела вода. Дочь протирала руки и сумку спонжем с обеззараживающим гелем. «Дурдом!» — подумала я, но промолчала. Зато заговорила Аня:

— В аптеку зашла, хотела маски купить и парацетамол.

— Купила? — поинтересовалась я, вернувшись к нарезанию салата.

— Не было, пришлось купить корвалол и лоперамид.

— Зачем? — искренне заинтересовалась я.

— Все брали, и я брала, — пожала плечами дочь и пошла к внучке в ванную.

В целом, определенная логика в ее покупках была. Успокоительное и средство от поноса — звучит очень символично. Вирус так всех напугал, что, не имея под рукой препарат для снижения температуры, обещанной при заражении эскулапами, впору обделаться со страху, а потом уж принять успокоительное. К слову, заказанная туалетная бумага тут тоже может очень пригодиться.

Ужин прошел тихо, мирно и странно. Прощались со слезами. Причем, плакали все. Даже кот. Да-да! И это понятно, ибо кончилась его спокойная жизнь. А я тихо радовалась, ведь это прекрасно, когда у тебя все дома.

Глава 2. Начало конца

Возбужденный ребенок носился до полуночи, обрадованный тем, что в сад не нужно ходить целую неделю. С ней играли по очереди, но лично моя очередь почему-то наступала быстрее и длилась намного дольше, чем у других взрослых, и, как мне ранее казалось, ответственных, членов семьи. Несколько раз я присаживалась к ноуту, дракон и ведьма напрягались, но быстро теряли ко мне интерес, ибо всегда находились какие-то срочные дела. Кот откровенно ржал. Наверное, мои попытки работать, у него вызывали стойкую ассоциацию с его стремлением лизнуть несуществующее нечто, когда-то оставленное у ветеринара.

Президента слушали все. Особенно, если речь шла о халявных выходных. В связи с чем, у народа вдруг появилась масса свободного времени, с которым большая часть населения просто не представляла что делать. За один вечер мне позвонили все подруги, многие знакомые, родственники близкие и не очень и даже люди, которых я не слышала со студенческой скамьи. Каждый пытался блистать остроумием, но в сущности все говорили одно и то же.

Осознав, что работать мне не дадут, я потопала ставить чайник, прихватив с собой телефон и Киру, чтобы не мешать великим геймерам мочить боссов.

— Чудесно, что все мы будем вместе, правда, Олечка? — бабушкой внучка не звала меня принципиально, искренне полагая, что ими могут быть только пожилые люди.

— Чудесно, — вяло согласилась я, раскладывая перед ней раскраску и фломастеры и начиная осознавать степень своего попадоса.

Время шло, внутри нарастало то, что обычно я в себе гасила, пока оно не становилось настолько объемным, что просто не помещалось внутри. Мы раскрасили несколько картин, повторили весь арсенал стихов и считалок и посмотрели пару мультиков. Одновременно я выпила пару кружек ромашкового чая, приняла еще с десяток звонков и поняла ацтеков и прочих майя. Очень хотелось снять чей-нибудь скальп.

Стрелка часов перевалила за полночь.

— Ты представляешь, я хожу за ним, рассказываю какая Верка зараза. А он, главное, ничего так, слушает. И вдруг меня кто-то трогает за плечо. Я оборачиваюсь и выдыхаю прямо в наглую маску: «Мужчина, что вам нужно?». Мужик снимает намордник и оказывается моим мужем. Невероятно, но я час ходила по магазину за чужим дядькой, а он воспринимал это как должное! — возмущалась в трубку подруга, примеряя на себя очередную байку апокалипсиса, которая, благодаря интернету, успела за один день обрасти бородой и возвестись в степень баяна.

— Тогда иди, замаливай грехи, — спокойно ответила я. — Поздно уже, спать пора.

Нажала отбой, сбросила пару входящих, медленно допила остатки ромашки и осознала, что желание снять скальп никуда не делось.