Окружающий нас район постепенно становится одним из самых популярных мест, куда люди, живущие в Найроби, приезжают посмотреть на птиц, ловить рыбу или кататься на водных лыжах, но наш участок скрыт как от соседних участков, так и от дороги, соединяющей фермы, расположенные вокруг озера площадью в сто квадратных километров.

Наше владение находится у конца потока обсидиановой лавы, вытекавшего из вулканического района страны; лавовый поток образует хребет, крутой склон которого вдается в озеро, тем самым оберегая дом от затопления во время частых подъемов уровня воды! Другое преимущество этого участка — большая глубина озера около мыса, что освобождает здесь берег от широкой полосы папируса, опоясывающего почти все озеро. Отсутствие папируса позволяет нам ловить с берега тилапию (Tilapia nilotica) и ушастого черного окуня; эти рыбы были завезены сюда и пущены в озеро и теперь служат прекрасным источником питания.

Папирусный пояс — место жительства бесчисленных птиц и укрытие для бегемотов, которые проводят там весь день, появляясь только после наступления темноты, чтобы попастись на суше. У бегемотов вошло в привычку посещать нашу лужайку, которая в скором времени стала походить на поле сражения. Когда они приближались к дому, то не давали нам спать своим ритмичным чавканьем и шумом. Иногда пыталась прогнать их криками или ярким лучом электрического фонаря, направляя свет прямо им в глаза. Но они вскоре привыкли к моим безобидным эксцентричным выходкам и продолжали чавкать. В их распоряжении был целый лес, в котором они могли пастись, и я считала себя вправе выгнать их с нашей территории. Я расспросила, как это лучше сделать, мне посоветовали преградить им путь длинными бревнами, укрепив их над землей на высоте, превышающей 30 сантиметров, так как бегемоты не могут сгибать ноги выше этого уровня и не сумеют перешагнуть через бревна. Мы так и сделали: загородили бревнами сторону участка, выходящую на озеро, и бегемоты оставили нас в покое.

Площадь, прилегающая к озеру, — идеальные сельскохозяйственные угодья с плодородной почвой вулканического происхождения, превосходным климатом и неограниченными возможностями орошения. Здесь можно получать прекрасные урожаи, если не считать нашего участка территории, где из-за застывшего потока обсидиана верхний слой почвы слишком тонкий.

Вскоре я обнаружила, что в грунте здесь попадаются доисторические орудия труда. Меня всегда интересовала археология, и я была очень взволнована, узнав, что наш новый дом стоит на месте, где когда-то жил доисторический человек.

Все близлежащие озера представляют собой единую цепь озер рифтовой долины; вода в них солоноватая, за исключением озер Баринго и Наиваша, питаемых водой рек. Первоначально на месте этих озер было обширное море, и в процессе постепенного отступания оно оставляло следы меняющихся уровней воды в виде слоистых отложений, которые теперь при раскопках называют «диотермитами».

Совсем рядом с Эльсамером находятся знаменитые «Чертовы ворота» — ущелье в четырнадцать с лишним километров длиной, которое, как полагают, является местом стока упомянутого доисторического моря. Теперь обрамляющие его грандиозные утесы стали пристанищем большого числа интересных птиц, включая такой редкий вид, как бородач. Для наблюдения за ним сюда съезжаются орнитологи всего мира.

Еще около двадцати лет тому назад озеро Наиваша было окружено большим естественным лесом. Густой подлесок из ползучих растений, покрывающих стволы лиственных деревьев или в изобилии свешивающихся с деревьев, периодически привлекал сюда мириады поденок. Они сильно досаждали жителям и подлесок вокруг озера был уничтожен. В результате количество поденок было сведено до минимума, но то же самое случилось и с дикими животными, пользовавшимися этим зеленым поясом как укрытием и источником пищи. Мы сохранили нетронутым принадлежавший нам небольшой участок леса, и он стал одним из последних убежищ для диких животных.