Будь он Черным Рыцарем, то не позволил бы волшебнику дать мне зелье для обмена чарами.

Но… у него тогда просто не было выбора. Это волшебник продал мне зелье, а Саймон как раз таки был не особо этому рад. Хотя нет, будь он Черным Рыцарем, его бы не заботило то, что на мне теперь такие чары, — он просто тогда знал бы, что ему нельзя меня целовать. Но если же Саймон был в сговоре с Черным Рыцарем, его уж точно волновала возможность потери рыцарем неуязвимости.

Вот так все казалось логичным. В конце концов, когда я повстречала Черного Рыцаря, он был под чарами правды, и я не могла лгать в его присутствии. Для этого ему была просто необходима помощь волшебника. И Саймон продал мне пузырек с непонятно чем и сказал обязательно выпить его содержимое, когда я увижу Черного Рыцаря. Как ни крути, яд был простым решением, что бы я ни выкинула.

Это было уже что-то. Страх смешался с возбуждением. Впервые я оказалась права. Яд предназначался для меня. Оба — и Саймон, и Маргарет — были в сговоре с Черным Рыцарем. Но кем же был он сам?

Дверь распахнулась, и в комнату вошел король, а следом за ним стражник. Мое время вышло, а я так и не выяснила, кто же скрывался за маской Черного Рыцаря.

Король обнажил меч, а стражник был вовсе не вооружен. Он был сосредоточен, старался держаться мужественно, но мне казалось, он словно не в своей тарелке.

Король Родерик повернулся ко мне.

— Так, давай быстро — лги ему и посмотрим, что произойдет.

— Не собираюсь я сидеть и врать, пока у меня не загорится язык.

Король подошел ближе.

— Полагаю, это и есть ложь, потому что ты будешь сидеть здесь и делать все, что тебе велят.

Пальцами я нащупала камни, лежавшие в камине, и стала надеяться, что с их помощью удастся разрезать веревки.

— Да вы деспот.

— Буду расценивать это как ложь, а не оскорбление, но почему бы тебе не попытаться еще раз, чтобы просто убедиться, что Генри не то, кого мы ищем, — он поднял свой меч, острием провел по моей щеке, затем опустился к горлу. Крови не было, но это, как я полагала, пока. Заговорил он необычайно мягким голосом. Обманчиво мягким. — Будешь делать, как я говорю, или лишишься этой ночью не только языка.

— Спросите у своей дочери о Черном Рыцаре. Она знает, кто он.

Лезвие сильнее уперлось мне в шею.

— Не наговаривай на Маргарет. Она знает свое место. Предлагаю тебе поступать так же.

Тут-то я и вспомнила кое-что о сказках. Гензель и Гретель, три козленка, Кот в Сапогах — их преимущество было не в силе. Они смогли перехитрить тех, кто был сильнее их.

Я медленно выдохнула.

— Я знаю, как отыскать Черного Рыцаря и помогу вам с этим, но для начала развяжите меня и дайте какую-нибудь одежду.

Король помотал головой.

— Слишком витиеватая ложь. Почему бы тебе не попробовать что-то вроде «Я пятнистая пташка»? Скажи это и посмотри, что будет.

Я наклонилась немного вперед, чтобы показать ему, что я не шучу.

— Я разыщу его для вас.

— Ты же сказала, что не знаешь, кто он.

— Так и есть, но я смогу его распознать его среди прочих. Мы целовались, в конце концов. Вы же не думаете, что он делал это с опущенным забралом?

Король опустил меч и отступил на шаг назад.

— И как ты собираешься его искать?

— Соберите всех дворян, да и тех, кто просто очень богат, в бальной комнате.

— А откуда ты знаешь, что он богат?

— Когда Черный Рыцарь целовал меня, от него приятно пахло, а это значит, что он достаточно состоятелен, чтобы часто принимать ванну.