– Узнаешь товарища детских игр? – спросила Нуссетта.

Это был тот безумец, мем. Он обрил голову.

– Это мой друг Боб Маккоркл, – сказала Нуссетта. Ей пока было невдомек, какую глупость она учинила, но сейчас она была шалуньей. – Вот видишь, дорогой, ты вовсе не фальшивка.

Я готов был развернуться и уйти, но побоялся их обидеть. В другой обстановке я бы проявил большую решимость, но на Кингз-Кросс в три часа ночи? Сплошь девки и урки – тут что угодно может с человеком произойти. Я присел за стол и выпил стаканчик паленого бренди. Нуссетта болтала все лаги. Она, мол, использовала этого безумца как модель, и клиент чуть не чокнулся от злости, увидев контрольки: «За что я тебе плачу? – орал он. – Двести фунтов, а ты одела этого… этого убийцу в мой лучший сюртук!»

Нуссетта понимала, что все это нам неинтересно, однако продолжала болтать, а безумец тем временем перегнулся через жирный пластмассовый столик и ухватил цепкими пальцами мое запястье, как тогда, на кладбище.

– У вас осталась одна моя вещь, – сказал он.

– Понятия не имею, о чем вы.

– Три месяца назад, – продолжал он, – я попытался оформить паспорт. У меня потребовали свидетельство о рождении.

Глаза его полыхнули такой яростью, что и храбрейшее сердце сжалось бы.

У меня нет вашего свидетельства о рождении, Щан.

Он сжал руку сильнее, и я вскрикнул от боли. Очень тихим, но оттого еще более страшным голосом он продекламировал три строки «Потерянного рая»:

«Просил ли я, чтоб ты меня, Господь, из персти человеком сотворил? Молил я разве, чтоб меня из тьмы извлек?» . Отдайте мне это проклятое свидетельство о рождении, – добавил он.

– И это все, что тебе нужно? – вмешалась Нуссетта. – Свидетельство о рождении?

– Все? – воскликнул он. – Да ты понимаешь, что это значит – не иметь свидетельства о рождении?

– Да, – ответила Нуссетта. – Мы это проходили.

– Лжешь!

– Да нет же, лапонька! Я не лгу, а если и лгу – не твоя беда. – Теперь она заговорила резко и весело. – Хочешь свидетельство о рождении? Получишь – отвяжешься?

– Да.

– Да ты просто младенец.

– Зря ты со мной так.

– Приходи в понедельник сюда, в это же время. И не опаздывай, всю ночь никто ждать не будет.

Чудище внезапно сделалось кротким, словно агнец.

– Вы принесете мне свидетельство о рождении?

– А теперь иди, – распорядилась Нуссетта. – Мы сами заплатим за выпивку.

Потрясающая женщина. Что правда, то правда. Кто еще совладал бы с ним? Безумец встал, пожал нам обоим руки, нахлобучил шляпу и вышел особой своей, чеканной походкой в ливень и мрак.

Чабб снова глянул в окно и покачал головой.

– Я думал, она соизволит извиниться передо мной, но нет. Она себя виноватой не чувствовала.

– Он хочет быть Бобом Маккорклом, – сказала она, – пусть же будет им.

Я возразил: этот человек опасен.

– Дорогой, – сказала она, – ему нужно только свидетельство о рождении.

– Где я его возьму?

– Что ж ты такой никчемный, Кристофер? Все такие дела проворачивают. Я добуду ему свидетельство. Это не так сложно.

– Как ты это сделаешь?

– Пока не знаю, – ответила она. – Найду кого-нибудь.