— Ага, конечно.

Мы заехали на парковку рядом с домом Шепли, и я поднялась за Америкой по ступенькам. Шепли открыл дверь, увидел меня и зашелся смехом.

— Что с тобой приключилось?

— Она пытается не привлекать внимания, — сказала Америка, следуя за Шепли в его комнату.

Дверь за ними затворилась. Я осталась одна, чувствуя себя лишней, села в кресло-кровать у двери и скинула шлепки.

Квартира выглядела гораздо опрятнее типичной холостяцкой берлоги. На стенах — вполне ожидаемые плакаты с полуголыми женщинами и краденые уличные знаки. Тем не менее все было убрано, стояла новая мебель, а запахи выдохшегося пива и грязной одежды и вовсе отсутствовали.

— Что-то ты задержалась, — сказал Трэвис, приземляясь на диван.

Я улыбнулась и поправила очки на переносице, ожидая реакции на мою внешность.

— Америка заканчивала писать доклад.

— Кстати, ты уже начала готовить по истории?

Трэвис и бровью не повел из-за моих растрепанных волос.

— А ты? — нахмурилась я.

— Уже закончил, сегодня днем.

— Но ведь его сдавать только в следующую среду, — удивилась я.

— Я решил разделаться с этим сразу. Разве сложно написать две страницы про Гранта?

— А я привыкла тянуть резину, — пожала плечами я. — Вряд ли займусь этим до выходных.

— Что ж, дай знать, если понадобится помощь.

Я ждала, что он засмеется или как-то еще покажет, что шутит, но выражение его лица оставалось искренним.

— Вот как! Ты собираешься помочь мне с докладом! — Я удивленно подняла брови.

— По этому предмету у меня «отлично», — сказал Трэвис, слегка оскорбленный моим недоверием.

— У него «отлично» по всем предметам, — заметил Шепли, ведя Америку в гостиную. — Чертов гений. Ненавижу его.

Я с подозрением посмотрела на Трэвиса.

— Что? — Его брови взмыли. — Думала, парень с татуировками, зарабатывающий себе на жизнь кулаками, не может получать отличные отметки? Я учусь не потому, что мне больше нечем заняться.

— Зачем тогда участвуешь в боях? — спросила я. — Почему не попробуешь получить стипендию?

— Пробовал. Мне оплатили половину стоимости обучения. Но еще есть учебники, плата за жилье, и как-то надо выплачивать вторую часть. Так что, Гулька, я вполне серьезно. Если понадобится помощь, обращайся.

— Не нужна мне твоя помощь. Я сама могу написать доклад. — На этом мне стоило бы замолчать, но совершенно новая сторона личности Трэвиса разжигала мое любопытство. — Почему бы не решить проблему как-нибудь иначе? Не знаю, не таким садистским способом, что ли?..

Трэвис пожал плечами.

— Это легкий способ срубить бабла. В магазине я столько не заработаю.

— Я бы не сказала, что такой уж легкий, если тебя бьют по физиономии.

— Что я слышу! Ты переживаешь за меня? — Трэвис подмигнул, я состроила рожицу, и он хмыкнул. — Меня бьют не слишком часто. Если они мешкают, я нападаю. Не так уж сложно.

— Будто никто больше до этого не додумался, — усмехнулась я.

— Когда я наношу удар, они принимают его и пытаются дать сдачи. А это вряд ли поможет победить.

Я закатила глаза.

— Ты что… киношный малыш-каратист? Где ты научился так драться?

Шепли и Америка переглянулись, а затем и вовсе уставились в пол. Я тут же поняла, что ляпнула невпопад.

Трэвис и глазом не моргнул.

— У моего отца были проблемы с алкоголем и приступы агрессии.