— У тебя было заперто. — Он поставил бумажный пакет на стол перед диваном и достал оттуда два блинчика и два стакана с кофе. — Надеюсь, ты любишь сливочные сырные блинчики, — сказал Джо, снимая свои солнечные очки и убирая их во внутренний карман пиджака. Потом он поднял на нее усталые глаза и сорвал пластиковые крышки с одноразовых стаканчиков. — Держи.

Габриэль не любила кофе, но все равно взяла. Он протянул ей блинчик, она взяла и его. Впервые с того момента, как она открыла дверь, девушка заметила, как напряженно сведены уголки его рта.

— Что случилось?

— Сначала поешь, потом поговорим.

— Потом? Как я могу есть?

Его взгляд скользнул по ее щекам и губам, затем опять поднялся к глазам.

— Вчера поздно вечером с Кевином связался торговец предметами искусства из Портленда. Его зовут Уильям Стюарт Шелкрофт.

— Я слышала про Уильяма. Кевин у него работал.

— И работает до сих пор. Сегодня днем, в три часа, Уильям Стюарт Шелкрофт прилетит из Портленда двухчасовым беспересадочным рейсом авиакомпании «Дельта». Они с Кевином договорились встретиться в аэропорту, в комнате отдыха, и обменять картину Хилларда на наличные деньги, после чего мистер Шелкрофт собирается взять напрокат машину и вернуться в Портленд. Мы арестуем их обоих, как только они произведут обмен. — Габриэль растерянно моргала.

— Ты шутишь?..

— К сожалению, нет. Начиная с той ночи, когда была совершена кража, картина находилась у Кевина.

Габриэль слышала, что он говорит. Слова были довольно четкими и все же не имели смысла. Она знала Кевина много лет и не могла так сильно в нем обманываться!

— Это, должно быть, ошибка.

— Никакой ошибки.

Его уверенный взгляд и пылкая речь породили в ней сомнения.

— Ты абсолютно уверен?

— Мы поставили его домашний телефон на прослушивание, и у нас есть запись разговора, в котором он назначает встречу Шелкрофту.

Она смотрела на Джо и видела в его карих глазах усталость и напряжение.

— Значит, все это правда?

— Боюсь, что да.

Впервые с тех пор, как он надел на нее наручники и притащил в полицейский участок, она ему поверила. — Кевин украл Моне мистера Хилларда?

— Для самой кражи он нанял кого-то еще.

— Кого?

— Мы пока не знаем. Она охнула.

— А может такое быть, что этот вор — единственный?

— Нет. Для того чтобы украсть очень ценное произведение искусства, такое как картина Моне, нужно время и целая сеть тайных контактеров — начиная от богатого коллекционера и ниже. Мы полагаем, что они готовили эту кражу минимум шесть месяцев и что это не первый и не единственный случай совместной работы Кевина и Шелкрофта. Видимо, они проводили такого рода операции с тех пор, как Кевин начал работать у Шелкрофта в Портленде.

Габриэль никак не могла сопоставить все сказанное с Кевином.

— Как он мог заниматься такими ужасными вещами?

— Из-за денег. Больших денег.

Габриэль взглянула на еду, которую держала в руках, словно не понимая, откуда она взялась.

— Возьми, — сказала она, ставя стаканчик с кофе на стол, — я не голодна.

Джо сделал движение навстречу, но девушка отошла и медленно опустилась на край дивана. Она сидела, уронив руки на колени и тупо уставившись в противоположный конец комнаты.

Все в ее доме выглядело так же, как и раньше. Часы на каминной полке мерно стучали, тихо отсчитывая минуты, в кухне гудел холодильник. Мимо окон проехал старый грузовик, где-то на улице залаяла собака.