Лирит обернулась:

— Скирати. Ты имеешь в виду магов вроде того, который напал на Грейс и Тревиса в их мире?

Сарет кивнул:

— Да, хотя тот маг, который напал на тебя, бешала, чем-то отличался. Не могу сказать точно чем, но то, что это был скирати, сомнений нет. Только они носят золотые маски.

— Маски, — пробормотала Грейс, и к ней обратились вопрошающие взгляды ее спутников. — Эти маски фокусируют их волшебство. Мы сами это видели.

Бельтан откашлялся. Это был первый звук, который он издал после того, как путешественники собрались вокруг огня.

— Ну вот, теперь давайте выясним, правильно ли я все поняла. Эти маги — скирати, они стоят за убийством богов, верно?

Сарет задумался, затем кивнул. Мелия сжала маленькие ручки в кулаки.

— Они за это дорого заплатят!

— Но как? — сказал Фолкен. — Даже маг не может быть настолько могущественным, чтобы убить бога.

Морниш какое-то время молча смотрел на землю. Тревис заметил, что он смотрит на свою деревянную ногу. Наконец Сарет снова поднял глаза:

— Это демон, — сказал он.

Вани прижала руку к губам, а на лице ее отразился нескрываемый ужас. Очевидно, она знала, что значили слова Сарета, а по их лицам это поняли и Мелия, и Фолкен. Но не Тревис.

— Демон? — переспросил он.

— Да, — ответил Сарет. — Оставшийся со времен Войны Магов. Когда маги восстали против богов-королей Амуна, они создали этих демонов, получив в их лице мощнейшее оружие. Демон мог превратить целый город в прах, разрушив каждый камень его стен и оставив один песок.

Эйрин содрогнулась:

— Как в случае с гостиницей мадам Вил!

— А эти демоны, кто они такие?

— Это морндари после реинкарнации. Морндари всегда были бестелесными и голодными духами — поэтому использование крови помогло изменить их и властвовать над ними. Некоторые маги нашли способ подчинить себе морндари, заперев их в каменном теле. Они-то и стали демонами. После реинкарнации они смогли ходить по земле, но их голод не уменьшился в новом физическом обличье. Они поглощали все, что попадалось им на пути, но никогда не насыщались.

От таких слов Тревису сделалось нехорошо. Он мысленно увидел их — неясные, похожие на тени существа с бездонными утробами, пожирающие целые города, в то время как люди тщетно пытаются спастись от них.

— Если они всегда голодны, — сказала Грейс, — как тогда их остановить? И почему они не поглотили все в Амуне?

— Они почти сделали это. Именно из-за них земли Амуна превратились в Морголти — свалку костей, пыли и смерти. Однако маги, которые сотворили их, поняли, что это безумие, и смогли отменить свое колдовство, разрушив всех демонов.

— Не всех, — поправил Фолкен. — Если, конечно, ты прав.

Сарет повернулся к барду:

— Мы можем только предполагать, что один из демонов пересек море Саммер и вышел к берегам Фаленгарта.

— Тогда почему он ничего не разрушил там? — поинтересовалась Лирит.

— Его удерживали в заточении, в казематах под тем холмом, на котором позже был построен Таррас. Только мы не знаем, кто упрятал его туда. Должно быть, это был маг, обладающий великой силой.

— Но если потребовалась сила такого могущественного мага, чтобы сковать демона в первый раз, как его можно запереть снова? — спросил Тревис.

— Демон не свободен, — ответил Сарет. — Не совсем свободен. Ибо будь это так, на месте Тарраса давно была бы пустошь. Его оковы ослабевают благодаря действиям скирати.