Глаза Фолкена чуть не выскочили из орбит:.

— Что?! Ты хочешь сказать, что все это время ты знала, что Грейс это Ралена?

Богиня мило улыбнулась ему в ответ:

— Конечно, дорогой.

Лицо барда приобрело совершенно неестественный пурпурный оттенок.

— И ты не считала необходимым поделиться этим пустячком со мной?

Мелия кокетливо закатила глаза:

— Ну, я не думала, что тебе понадобится так много времени, чтобы вычислить это самому. Я сразу ее узнала — только такой очаровательный ребенок, как Ралена, мог вырасти в такую красивую женщину, как Грейс. Кроме того, я полагаю, что ни у кого ни в каком мире нет таких чудесных глаз, как у нее. Они ничуть не изменились, дорогая.

Казалось, Фолкен сейчас взорвется, но в этот момент вперед выступил Дарж. Его морщинистое лицо, как всегда, было спокойно, однако в карих глазах горел огонек.

— Я тоже знал, — сказал он тихо. — Ты и впрямь королева — для людей, если не для волшебников.

И к великому изумлению Грейс, Дарж преклонил перед нею колено и почтительно склонил голову.

Все как будто ждали этого жеста, и через мгновение к нему присоединился Фолкен, затем Бельтан, потом все остальные. Тревис улыбался, у Лирит и Эйрин заблестели глаза. Даже Мелия, Вани и Сарет стояли на коленях перед Грейс.

Это было ужасно. Разве они этого не понимают? Не может она быть королевой.

Но ты действительно настоящая королева, Грейс. Как бы ты ни отрицала этого, ты не можешь ничего изменить, поэтому смирись. Кроме того, ты правительница королевства, которого уже давно не существует, не существует уже много веков. Так о чем же тебе беспокоиться?

О многом. Голубые глаза Фолкена сияют ярче, чем когда-либо. Очевидно, бард считает, что она собирается восстанавливать Малакор — то самое королевство, которое погибло по его вине, как утверждают легенды. Она посмотрела на Вани и Сарета. Почему все вокруг полагают, что она обладает даром воскрешать погибшие цивилизации?

Грейс вытерла слезы, потом наклонилась и заставила Даржа подняться.

— Встань, Дарж, пожалуйста… И вы все. Вы понимаете, как глупо выглядите?

Тревис примерял роль подданного:

— Как пожелаете, Ваше величество.

Сарет вышел вперед.

— Вы рассказали нам удивительную историю. Но можно мне напомнить…

Мелия перебила его:

— Да, Сарет. Мы чуть не забыли. Пойдемте все. Полагаю, мои предложения императору были рассмотрены. Пора показаться Эфезиану и проститься с ним.

Грейс шла словно в забытьи. Она чувствовала, что остальные смотрят на нее со смешанным чувством благоговения и уважения. Даже Тревис. Это просто ужасно.

— Итак, король Бореас был прав, Грейс, — обратилась к ней Эйрин. — Ты действительно принадлежишь к королевской семье. Только ты не герцогиня, а королева.

Королева. Так называла ее Марджи. Совпадение или интуиция?

— Вообще, — продолжала Эйрин, — как королева Малакора ты по происхождению даже выше Бореаса.

К своему удивлению, Грейс рассмеялась, и смех успокоил ее.

— Если кто и скажет Бореасу об этом, то точно не я!

Эйрин засмеялась вместе с нею.

— Не смотри на меня!

Они все еще смеялись, когда достигли трона императора. Близорукие глаза Эфезиана засияли, когда Мелия рассказала ему об их открытии и королевском происхождении Грейс.

— Это обязательно надо отпраздновать! — После шумного выражения радости он переключил свое внимание на Грейс. — Мы почти кузены, Ваше величество. Я потомок старшего сына Эльсары, а вы — ее второго сына. Итак, повелеваю, чтобы весь Таррас почитал вас.