Тревис поморщился.

— В этом нет необходимости. И спасибо.

Остальные тоже подошли ближе, и распростертые руки Даржа оградили их от падения в бездну. Они стояли на плоской каменной плите, нависавшей над пустотой. Посередине плиты находился цилиндр из темного камня, четырех футов высотой и настолько широкий, что Тревис с трудом мог бы обхватить его. Он походил на пьедестал.

Лиловый свет мерцал во всех направлениях, подобно зарнице, и поэтому было невозможно оценить размер пещеры. Она огромная, это все, что мог сказать Тревис, такая огромная, что он удивился, как весь город еще не провалился в нее.

Сарет тихо присвистнул:

— Она выросла. Когда я был здесь в прошлый раз, пещера была вполовину меньше.

— Демон. — Лирит сказала это тихо, но эхо ее слов все еще отдавалось под сводами. — Где он, Сарет?

— Разве не должен он от голода напасть на нас? - спросил Дарж.

Он держал свой большой меч наготове, как будто массивное лезвие могло повредить существу, у которого даже нет тела.

— Не знаю, — выдохнул Сарет. — Демон…

— Его нет, — просто сказала Грейс.

Остальные обернулась к ней.

— То есть как — нет? — спросил Тревис.

Она протянула руки.

— Его нет. Нити Паутины жизни переплетены, как ты и говорила, Лирит. И некоторые из них наполовину… съедены. Но существа, которое сделало это, больше нет здесь. В этом я уверена.

— Мы слышали, как дрожала земля, — сказал Дарж. — Могло ли это быть следствием бегства демона?

 Сарет сжал руки в кулаки.

— Нет. Это невозможно. Если бы демон в тот момент уходил, без сомнения, мы бы знали об этом.

— Возможно, он просто вырвался, — сказал Тревис. — Всего несколько минут назад. После того, как мы прошли Врата.

Дарж нахмурился;

— Очевидно, мы почувствовали бы большее дрожание в тоннелях, если бы это был демон. Логика подсказывает, что демон не мог выбраться отсюда недавно. А значит, он должен все еще быть здесь.

— Только его нет, — сказала Грейс.

Лирит скрестила руки.

— Один из вас точно ошибается. Демон не может быть и не быть здесь одновременно.

Мозг Тревиса бешено работал.

Время.

Потом озарение.

— Время! — воскликнул он, и эхо загрохотало по всему подземелью. — Вот оно, Лирит.

Сарет посмотрел на него:

— О чем ты говоришь?

Мысли носились в разуме Тревиса так быстро, что было сложно остановить одну из них.

— Вчера вечером ты говорила об этом, Лирит. И мы видели это, когда шли по городу сегодня утром. Люди и боги теряются в мечтах о прошлом. Это демон — он разрушает течение времени здесь, в Таррасе, сначала для богов города, а потом и для простых жителей.

Лирит кивнула.

— Демон не только поглощает нити Паутины жизни. Он спутывает нити полотна времени.

Глаза Грейс засветились. Она повернулась к Сарету;

— Вани говорила, что морндари не имеют физического тела. Это так?

— Так.

— Тревис, — продолжала она, — ты знаешь что-нибудь о теории относительности?

— Доктор у нас ты, Грейс.

— Да, но, к сожалению, не доктор технических наук. Однако судя по тому немногому, что мне известно, относительность говорит о том, что время, материя и пространство связаны. Если у чего-то нет тела, нет массы, оно может двигаться со скоростью света. И такое движение способно влиять на течение времени.