— Ничего, ведь я предупрежден. Нужно надеть костюм и парик, — вздохнул Алекс.

— Твоя проблема. А вот я целый день проведу на корабле, в окружении слуг, исполняющих каждое мое желание. Ты же сам о себе позаботься.

Алекс слишком устал, чтобы протестовать. Разделся догола, лег в постель и заснул, не успев натянуть на себя одеяло.

Разбудило его прикосновение маленькой ручки, сжимавшей запястье.

— Алекс, — прошептала Джессика, — Алекс, с тобой все в порядке?

Каким-то уголком измученного мозга Алекс почувствовал опасность… и вожделение. Он даже взял руку Джессики и почти поднес к губам, прежде чем ощущение опасности победило.

— Джесс? — хрипло спросил он.

— Да. Я пришла посмотреть, как ты тут. Элинор с ума сходит от тревоги.

К Алексу постепенно возвращалась способность мыслить. Джессика поймала его именно в тот момент, когда он не был ни Алексом, ни замаскированным Мстителем.

Открыв глаза, он с облегчением обнаружил, что в комнате темно.

— Подай мне любой из париков, — велел он, натягивая одеяло до подбородка. Не хватало еще, чтобы Джесс увидела гриву черных волос! Во время их последнего свидания она гладила именно эти волосы.

— Алекс, я уже сказала, что вполне способна вынести вид облысевшего мужчины.

— Пожалуйста, Джессика, — заныл он.

Постепенно его глаза привыкли к темноте. И когда она сунула ему самый маленький парик, он осторожно выглянул из-под одеяла.

— Отвернись.

Она застонала, но, как ни удивительно, молча исполнила его просьбу. И словом не возразила!

Обычно перед тем, как надеть этот парик, ему приходилось туго перевязывать волосы, и теперь он боялся, что она увидит выбивавшиеся наружу темные пряди. Глаза у Джессики зоркие, но оставалось надеяться, что все обойдется.

— А теперь подай камзол! — капризно потребовал он. Может, яркое атласное одеяние отвлечет ее и не даст присмотреться слишком внимательно.

Джесс развернулась и посмотрела на него.

— Я пообещала Элинор, что словом не обмолвлюсь насчет твоей одежды, но думаю, что сдержу обещание только в том случае, если выбросишь свои павлиньи наряды. А теперь сядь, чтобы я как следует рассмотрела тебя. Элинор убеждена, что ты при смерти, но, судя по голосу, это далеко не так.

Алекс судорожно вцепился в одеяло, проклиная про себя назойливых особ.

— Я не могу сесть. На мне ничего нет, — признался он наконец и едва не потерял решимость, увидев, как передернулась Джесс при мысли о необходимости увидеть его наготу.

Поспешно… слишком поспешно, по его мнению, она открыла сундук в изножье кровати, вытащила и швырнула ему чистую сорочку, после чего снова отвернулась.

Он сел. Одеяло свалилось, открыв сильное, мускулистое тело. Натягивая сорочку, он подумал, что стоило бы заставить ее заплатить за все, что она сказала Мстителю во время последней встречи.

Подложив подушку на живот, он снова накрылся одеялом так, что на виду остались только кисти рук.

— Все в порядке, — устало бросил он. — Я снова в приличном виде.

Джесс зажгла свечу и поднесла к лицу Алекса.

— Ты совсем неплохо выглядишь. Что с тобой было?

— Всего лишь вспышка старой болезни. Я уже сообщил тебе о приговоре докторов? Они считают, что мне долго не прожить.

Джесс нахмурилась и поставила свечу на стол.

— Но ты совсем не кажешься мне больным. Если не считать того, что выглядишь ужасно, развалиной тебя не назовешь… — Джесс осеклась и в смущении уставилась на Алекса. — Прости, я обещала Элинор, что не стану тебя оскорблять.