«У меня в детстве был достаточно сильный диатез, — рассказала Ксения, — причем долго, лет до десяти. Потом он полностью прошел, и до 22 лет я о нем не вспоминала, напоминало лишь отголосками, и мне это не мешало жить. А потом он начался опять, но в другой форме: у меня начала краснеть кожа, если к ней прикоснуться. Я стала комплексовать по этому поводу. И все детские воспоминания, с этим связанные, вернулись. Хотя они казались забытыми».

Я ответил ей, что любящей мамочке наплевать, есть у тебя диатез или нет. Для любящей мамы ее ребенок с любыми болячками всегда желанен. И вообще, если кто-то вас любит, то ему никакие прыщи не помешают. Но Ксению не любили, поэтому для нее диатез стал проблемой. Кстати, если бы ее любили, то, может, и диатеза бы у нее не было.

Потом Ксения вспомнила обиды на детей, которые ее обижали в детском саду. Там ее обижали даже больше, нежели мама, обзывая нехорошими словами. И до сих пор эти детские обиды ей не дают покоя.

«Я никак не могу от этого избавиться, — жаловалась Ксения. — Я считаю, что я самая страшненькая. В зеркало смотрю — вроде нравится. А как от зеркала отвернусь, кажется, что я самая некрасивая. Эти чувства из детства».

Кстати, у меня были такие же проблемы. Меня тоже дразнили ребята. У меня были следы рахита, «рожки» росли, у меня был вьющийся волос — я был, как баран. Глаза были большие, как у жабы вылезали. И я считал себя некрасивым. Потом, когда я был уже постарше, один знакомый художник нарисовал мой портрет. Я посмотрел на него — и увидел, что вроде ничего. Даже немного понравился себе. Это надо мозгом понять, что у тебя все нормально. Иначе произойдут сильные психологические зажимы. Кроме того, не очень красивым людям жить легче, если они чувствуют, что их принимают такими, какие они есть. Тогда не надо в зеркало смотреться.

Надо начать хорошо относиться ко всем людям, как дети. Помните в Библии: «Будьте, как дети, и войдете в Царствие Божие». А само Царствие Божие тут, рядом. Дети видят мир таким, какой он есть.

Ксения пытается скрывать комплексы, но все равно внутренне чувствует себя, как гадкий утенок, и убеждает себя, что некрасива, что никому не нужна. Но вы думаете, что ее маме мешает, что у ребенка диатез? Нет. Я уверен: мама, конечно, переживает, но это ее никак не морочит: она и обнимет дочку, и поцелует. Строго говоря, если один человек любит другого, то диатез или любая другая болячка — это сущая мелочь.

А чтобы перестать стесняться, нужно поменять свое мнение о людях. Поменять знак «минус» на знак «плюс». И просто начать хорошо относиться ко всем людям, как дети. Помните в Библии: «Будьте, как дети, и войдете в Царствие Божие». А само Царствие Божие тут, рядом. Дети видят мир таким, какой он есть.

Помните сказку «Новое платье короля»? В ней показано, что ребенок правильно видит мир. Он видит, что король голый.

Это мы, взрослые, неправильно видим мир. У нас уже искаженная система ценностей. Например, для нас аксиома, что профессор — лучший врач, чем выпускник института. А вот умение видеть напрямую, без идеологических шор, без призмы своих комплексов — этому можно и нужно научиться.

О несостоятельности родительских упреков

Мы детям своим очень много даем. Но гораздо больше дети дают нам. И поэтому упрекать хоть в чем-то детей просто несправедливо. Я трачу на воспитание своих детей какую-то сумму денег. Ее можно подсчитать. Например, 18 тысяч долларов в год — это хорошие деньги.

Потом ребенок становится самостоятельным. А что ребенок мне дает? Он меня делает родителем. Причем, на всю жизнь. Более того, мы еще неплохо на этом зарабатываем. Я скажу вам, на чем.

Я — родитель, и поэтому мои разговоры о воспитании детей имеют материальную базу.