Около полудня в комнату заглянула Тереса, чтобы сообщить, что Айрин пришлют легкий обед прямо в детскую. А ужинать она будет вместе с Мигелем после его возвращения.

Ужинать вместе с Мигелем! Айрин с трудом удержалась от испуганного возгласа. Только этого не хватало!

Тереса прохаживалась по детской, с любопытством отмечая изменения, произведенные Айрин за это утро.

— Да, неплохо вы потрудились, — сказала она одобрительно, проводя пальцем по подоконнику и убеждаясь в отсутствии пыли, которая еще несколько часов назад лежала повсюду толстым слоем. — Теперь детская стала похожа на детскую. Пилар-то и в голову не приходило здесь прибраться.

— А кстати, где она? — спросила Айрин не столько из интереса, сколько для того, чтобы отвлечься от мыслей о предстоящем за ужином испытании. — Я не видела ее с самого утра.

— Небось, уже в Мадриде, — угрюмо откликнулась Тереса. — Ну да не велика потеря. Нянька из нее была никудышная. Если бы не Габриэла… — Она с осуждением поджала губы.

— Эта трагедия, должно быть, потрясла вас всех, — осторожно заметила Айрин.

— Да уж. Но мы редко видели Габриэлу. Она не любила усадьбу. Предпочитала большой город. Избалованная была. Что она тут устраивала, не описать! Последний раз, когда я ее видела, она была сильно не в духе. Кричала, что ноги ее здесь не будет, что ребенок поломал ей жизнь, что она никогда его не хотела. Да разве это мать? — возмущенно спросила Тереса у Айрин.

— Но у ребенка — двое родителей, — заметила Айрин.

Конечно, Тереса изобразила жену Мигеля в самом неприглядном виде, но, кто знает, может, это он довел ее до такого состояния?

— Ха! Про отца и говорить нечего! Хуже просто не бывает.

Айрин с изумлением воззрилась на Тересу. Ругать своего хозяина! Да еще перед новой работницей!

— Хорошо, что теперь есть вы. — Тереса не заметила удивления Айрин. — Будет кому смотреть за бедняжкой. За сиротинушкой нашим.

Махнув рукой, Тереса быстро вышла из комнаты.

Как только совещание закончилось и все разошлись, Мигель вынул из кейса письмо, которое пришло еще утром, — все не было времени прочитать.

Письмо было от миссис Хенстридж, у которой Айрин работала до того, как устроиться к нему. Мигель разыскал ее адрес через то же агентство по найму, желая узнать мнение бывшей хозяйки о профессиональных способностях Айрин как няни. Распечатав конверт, Мигель начал читать.

«… не хотелось бы зря волновать вас, но у меня есть определенные претензии к мисс Кэррингтон. Как няня она вела себя безупречно и прекрасно смотрела за моими сыновьями. Но, как выяснилось, она вступила в непозволительные отношения с моим мужем… Конечно, для современных молодых женщин секс имеет не больше значения, чем простое рукопожатие. Для них это что-то вроде зарядки или, может быть, хобби… Я уже подумывала об увольнении, но она первой успела отказаться от места. Теперь я жалею, что не поставила в известность агентство. Боюсь, что мой муж был не первой и не последней жертвой в длинном списке…»

Мигель откинулся на спинку стула. Вот оно что. А он-то не мог понять, что с ним творится, почему его так тянет к этой девушке. Знал бы он раньше, что мисс Кэррингтон — профессиональная соблазнительница… Но теперь уже поздно что-либо предпринимать.