|
Кроме того, двадцать человек проживает в Японии на острове Хоккайдо. И все. Откуда взялись ороки на Сунгаче? Это слишком далеко от мест их проживания. А там, в местах проживания, своей рыбы хватает. Непонятен мне этот факт. Как слегка непонятен и другой. Почему эти ороки приплыли туда, где вообще нет местного населения? С одной стороны, можно предположить, что как раз поэтому и выбрали это место, что здесь местного населения нет. Нет населения — никто рыбу не ловит, значит, ее много. Но зачем так далеко от дома? На материке? На самом Сахалине полно безлюдных мест… Идем дальше. Почему сам полицейский спецназ не может блокировать эту банду кавказцев? Они точно так же, как мы, на Северный Кавказ в командировки мотаются. Тоже по полгода. Непонятно. Потом, в дело вмешалась ФСБ. Но и у ФСБ есть свой спецназ, и неплохо обученный. Почему не они?
— Почему? — спросил все же старший лейтенант. — А я не отвечу. Просто потому, что не знаю ответа. Имею я право не знать, если мне не сообщили? Имею! Но, и это я знаю твердо, раз нам приказали, приказ требуется выполнять. Мы с тобой люди военные. А армия на выполнении приказов всегда держалась и до сих пор держится. При этом я тоже имею право кое-какие меры предпринимать. И даже не в обход своего прямого командования. Мы сейчас на каком-то странном, как ты знаешь, положении находимся. Нас вроде бы переподчинили округам, в то же время, официально не вывели из состава ГРУ. Мы и тем, и другим одновременно подчиняемся. Я свои сомнения взрастил, я и должен найти ответ на свои вопросы, потому и подготовил официальный запрос в ГРУ. Командир бригады вставил пару строчек от себя, подписал и отправил. Ответа пока нет. Не знаю, ответят ли до твоего отъезда, меньше двенадцати часов осталось. Если не ответят, ты выезжаешь, но соблюдаешь крайнюю осторожность. Связи в тех местах, к сожалению, не бывает, значит, будешь действовать автономно. Но лично несешь ответственность за каждого солдата. Все понял, Сергей Сергеевич? — Так точно, товарищ полковник. Все понял. Буду стараться соблюдать крайнюю осторожность. Готов к любым поворотам событий…
Круглолицый генерал-майор Макарцев даже ночевать остался в офисе СВР, чтобы получить данные о проводимой операции сразу, как только придет сообщение. Юрий Васильевич думал о том, как хорошо было, когда СВР являлась управлением КГБ и не имела еще комплекса собственных зданий в Ясенево. Стоило перейти с этажа на этаж, и уже попадал куда следует. И не требовалось никакого пропуска выписывать. Нажимал звонок, к широкой, во весь коридор, двери выходил дежурный, спрашивал, к кому пожаловал гость, звонил, выяснял и отправлял с помощником в нужный кабинет. Правда, Юрий Васильевич Макарцев тогда был только лейтенантом КГБ, но посещать Первое главное управление ему доводилось тогда дважды, во второй раз, кажется, уже старшим лейтенантом. И никаких трудностей в этом не было. А сейчас, став генералом, он вынужден был двадцать минут просидеть в бюро пропусков, и только после этого его встретили и проводили в нужный кабинет. И вообще, добираться до комплекса зданий Службы внешней разведки было неудобно, он располагался за МКАДом. И отсюда добираться до дома или до места службы в нерабочее время тоже было не совсем удобно, тем более что персональная машина генерал-майора Макарцева стояла в ремонте, а пользоваться каждый раз дежурной ему не нравилось. Да и дежурному надоедать не хотелось. Дежурных машин всегда было мало, а они были нужны многим, и приходилось ждать. Потому генерал и решил дожидаться результатов вместе с сотрудниками СРВ. О нем даже позаботились. Позвонили в буфет, и немолодая официантка принесла генералу на подносе скромный, но вполне приличный ужин, и, что удивительно, бесплатный. То ли такие случаи предусматривали бесплатное угощение гостей, то ли кто-то из офицеров, с которым генерал сотрудничал, проявил уважение к его погонам и сам заплатил… При таком обслуживании даже ждать было не так неприятно, хотя в природе всех вещей ожидание — самое, возможно, неприятное занятие. |
