Изменить размер шрифта - +
Должно быть, парень очень удачно справлялся со своей задачей, раз у него имелась такая свита. На шеях у его жертв виднелись шрамы, их тела были бледными и анемичными. Тем не менее они казались вполне счастливы, совершенно удовлетворены своей предельно сплоченной компанией, едва ли не семьей. Особенно они были милы с одной прелестной блондиночкой, всячески ее поддерживая и дружно уговаривая съесть немного арахиса. Блондиночка улыбалась, но выглядела усталой. Должно быть, она пошла вампиру на завтрак.

Словно бы расслышав мои мысли, привлекательный молодой человек обернулся и слегка опустил черные очки. Мое лицо упало, стоило ему только перехватить мой взгляд. Я глубоко вздохнула, через весь зал видя капельки дождя у него на ресницах. Меня вдруг наполнила внезапная потребность стряхнуть эту воду. Я почти чувствовала сырость дождя у себя на пальцах, мягкость этих ресниц. Губы вампира двигались, пока он что-то шептал. Мне показалось, будто я слышу, но не понимаю его слов. Они словно бы кружились позади, подталкивая меня вперед.

Ощущая, как отчаянно колотится мое сердце, я бросила на молодого человека понимающий взгляд и покачала головой. Слабая чарующая улыбка растянула уголки рта вампира, и он отвернулся.

Сдерживаемый вздох вырвался из меня, пока я с трудом отводила глаза в сторону. Молодой человек определенно был мертвым вампиром. Живой вампир не смог бы зачаровать меня даже на такую малость. А если бы этот мертвый вампир и впрямь захотел меня зачаровать, у меня не было бы ни единого шанса. Но ведь как раз для этого законы и существуют, не так ли? Мертвым вампирам полагается употреблять в пищу только добровольных новичков, да и то лишь после подписания соответствующих документов. Но кто мог сказать, были эти самые документы подписаны до или после? Ведьмы, вервольфы и другие Внутриземцы обладали иммунитетом от обращения в вампиры. Слабое утешение, если вампир терял над собой контроль, и ты погибала из-за того, что тебе перерывали глотку. Хотя против этого, разумеется, также существовали законы.

По-прежнему испытывая неловкость, я подняла глаза и вдруг обнаружила, что прямиком ко мне от эстрады шагает музыкант. Глаза его буквально горели от лихорадочной чесотки. Чертов феек. Позволил себя поймать.

— Пришла меня послушать, красотка? — спросил парнишка, останавливаясь у моего столика и явно стараясь не повышать радостного голоса.

— Меня зовут Сью, а не Красотка, — солгала я, глазея мимо него в сторону Айви. А та откровенно надо мной потешалась. Вот класс. Как роскошно все это будет выглядеть в очередном выпуске нашей конторской стенгазеты.

— Ты послала свою подружку-фею меня проверить, — почти пропел музыкант.

— Он феек, а не фея, — уточнила я. Парнишка был либо тупым нормалом, либо хитроумным Внутриземцем, прикидывающимся тупым нормалом. Я могла бы поклясться насчет верности первого варианта.

Музыкант раскрыл кулак, и Дженкс по синусоиде пролетел к моей серьге. Одно из его крылышек была погнуто, и феечная пыльца краткими солнечными лучиками сыпалась мне на плечо. Собираясь с духом, я закрыла глаза. Как пить дать — меня же в этом и обвинят. Никаких сомнений.

Раздраженное рычание Дженкса наполнило мою ушную раковину, и я задумчиво нахмурилась. Все его злобные предложения были крайне сомнительны хотя бы с анатомической точки зрения. Зато теперь я не сомневалась, что этот парнишка — нормал.

— Пойдем ко мне в фургон, — предложил сопляк. — Посмотришь мою самую большую трубу. Ручаюсь, в твоих руках она та-ак запоет!

Все еще нервничая из-за предложения мертвого вампира, я внимательно на него посмотрела.

— Пшел отсюда.

— Все будет классно, Сьюзи Кью, — стал хвастаться музыкант, приняв мой враждебный взгляд за предложение присесть. — Я собираюсь отправиться на побережье — как только малость деньжат заколочу.

Быстрый переход