— Когда попадешь в ад, испытаешь на практике. Я думаю, что тебе мало не покажется.

— Как можно попасть туда, в то место, которого в реальности не существует. Ведь преисподняя это лишь порождение больного мозга, даже если и есть жизнь после смерти, она вряд ли столь прямолинейно дифференцирована. Мне больше по нраву версия, прочитанная в фантастическом романе — где бессмертные души, сохраняя память о прошлых жизнях реаркарнируются в других вселенных. Там они не как малые дети цветочки в раю срывают, а сражаются, борются, изобретают, короче говоря, живут полнокровной жизнью.

— И грешат по новому! — Спросил Маговар.

— Естественно! Грех это неотъемлемая часть бытия. Без него жизнь была бы пресной и неинтересной. Существование без греха — это жалкое прозябание и поэтому Маговар повзрослей и перестань верить в сказки.

— Это ты находишь в плену иллюзий, сатана ослепил твой разум. Я когда гляжу на звезды, испытываю благоговение, ибо они свидетельствуют о славе Божьей. В каждом листике слышится дыхание Всевышнего, а ты Люциферо, живешь без жизненного стержня, тебя интересуют лишь приключения и удовольствия.

— А тебя разве не захватывают приключения, а небожители во сне не являются.

— Хватит Роза, давай лучше прибавим шагу! Вот видишь впереди почетную стражу. Это значит их величества рядом.

Ряд охраны из вегурианцев и роботов ощетинился, на них навели сканеры и стали проверять личности, чтобы не дай бог не пропустить террористов. Они внимательно с точностью до молекулы изучали отснятое изображение, было видно, как блистает трехмерная голограмма, светятся внутренние органы.

Затем их пропустили в громадный высотой в полтора километра зал, играл оркестр, звучали слова вегурианского гимна.

— Добро пожаловать великие герои! — Дружным хором крикнули стражники, перед ними сверкал всеми красками ковер, по мере того как Маговар и Роза ступали, он менял цвета и рисунки.

— Ничего особенного жидкокристаллическое кибернетическое изображение. У нас такое тоже есть. — Роза напустила на себя самый скучающий вид.

— Конечно, должно быть вы контролируете множество галактик, а у них одна планета.

Каназол Седьмой со своей супругой занимал свое законное место на высоченном напоминающем холм троне. Его рыбья мордочка была хитрой и милой одновременно, рядом с ним сидела Стэлла, судя по всему, девочку уже наградили вторым и третьим орденом, на ней висели сразу три ленты, и на них сияло что-то похожее на разноцветные звезды.

— Да впечатляет. — Тут Люциферо подумала, что может и ее награждение ограничится орденом, и ей стало досадно, уж лучше было пойти на сделку с пиратом.

Король выплыл из кресла, супруга последовала за ним.

— Мы должны стоя приветствовать спасителей отечества. — Произнес он многократно усиленным голосом. — Да будет так!

Стуканье плавниками усилилось, таким образом, вегурианцы выражали свой крайний восторг. Маговар поклонился и с достоинством произнес.

— Наш долг состоит в том, чтобы любить жизнь в любых ее формах, а также блюсти законность и справедливость. Ради этого не жалко расстаться и с жизнью, мы умрем; зато добродетель восторжествует, а порок будет наказан.

— Хорошие слова! — Произнес король. — И вы достойны награды. Жалую вам самые высшие ордена империи — орден неба за спасение страны и планеты от уничтожения.

Хлопанье плавниками прервали слова монарха, затем, когда Каназол седьмой сделал знак, все смокло.

— А также орденом короны — за спасение жизни и чести короля и членов его семьи!

На сей раз своеобразные аплодисменты, были гораздо громче, достигнув апогея, монарх не стал их прерывать, давая возможность подданным излить эмоции.