Изменить размер шрифта - +
Быстро проникнуть в город, первым делом взяв под контроль ворота, прилегающие участки стены, а уж потом планомерно, шаг за шагом, расширяя контроль. Разоружение всех сальданцев и временное взятие воинов под стражу, чтобы чуть позже, со всей тщательностью, разобраться, кто есть кто и что с каждой категорией и даже конкретными личностями делать. «Фильтрация» убитых и раненых при прорыве сальданцев с целью понять, что вообще произошло – не в общем, тут как раз ясно, а в частностях, могущих оказаться весьма важными – и кому таки да удалось ускользнуть. Плюс в качестве «вишенки на торте» - доставка пленников из числа мавров, а особенно Хасана аль-Джалани, вдумчивая беседа с которым  обещала быть весьма полезной. На последнюю, кстати, придётся пригласить самого Бермудо Леонского или – если тот откажется из-за… не самой приятной атмосферы, которая будет сопровождать сей разговор – то кого-то из его приближённых. Мне оно пофиг, просто требовалось соблюдать дипломатическую вежливость касаемо союзника.

И всё завертелось. Получившие приказ, отряды пруссов Витовта и хирдманы Всеволода рванулись в сторону открытых ворот, прикрываемые арбалетчиками, отслеживающими признак какой-либо активности на стенах. Следящими, высматривающими и… ничего подобного не обнаруживающими. Как там внутри городских стен я пока не знал, но был почти уверен, что никаких неприятных сюрпризов там не таится.  Разбор же убитых и раненых – тут пока стоило лишь ждать и рассчитывать на удачу.

Удача, эфемерное ты понятие. В отличие от того, что получено в результате осознанных действий. Это я о маврах, которых Гарсия Гомес, уже однозначно бывший граф Сальдании, сдал нам как приманку, отвлекая внимание от своего отчаянного прорыва. Вот они, четверо. Разумеется, их было куда больше, но наибольший интерес представляли именно эти персоны: Хасан аль Джалани, его доверенное лицо, он же де-факто секретарь и переводчик в случае необходимости, а к ним в придачу два торговца из числа наиболее важных и имеющих реально серьёзные интересы в Сальдании и окрестностях. Солидная добыча, которую нам предстояло разговорить.

- Ну что скажешь, брат? – ухмыльнулся я, глядя на весьма бледно выглядевших кордовцев. – Попробуем предложить разговориться по-хорошему или сразу звать заплечных дел мастеров, которых в Тайной Страже хорошо так поднатаскали? Леонцев опять же приглашать требуется, чтобы недоразумений не возникало.

- Постой, Мрачный, - неожиданно для меня посерьёзнел Магнус, внимательно смотрящий на строящих перед нами, откровенно пошатывающихся пленников. – Не нравится мне это. Они мне не нравятся…

- Так не девушки же в прозрачных платьицах, видит  Хель!

- Тут другое! Они чересчур плохо выглядят. А их даже не били, это я бы заметил.

- М-му-ы! М-мы-ы…

Нечленораздельные звуки, которые издавал один из вроде как торговцев, были вызваны тем, что рты у всех четверых были заткнуты. Постарались не мы, а ещё сальданцы, ещё до передачи там ценного груза. В причины никто из принимающих вдаваться даже не думал, что и неудивительно, но вот теперь…

- Уберите кляпы. Всем.

Приказ был выполнен молниеносно. Но если трое как молчали. так и продолжали молчать, то четвёртых, рухнув на колени, замолотил на леонско-кастильском диалекте, пусть и с ощутимым таким. грубым акцентом:

- Яд, о милосердный господин! Нас отравили, я это чувствую. Спасите меня, я же расскажу всё-все, клянусь бородой пророка!

Аль-Джалани взвизгнул что-то на своём родном языке, обращаясь исключительно к говоруну. Наверняка пытался не то угрожать, не то укорять, да толку то с этого чуть. Разговорившийся мавр прежде всего не хотел помирать, остальное же было, скажем так. не принципиально.

Отрава значит. Логичный такой ход со стороны Гарсии Гомеса, который просто не мог, рассчитывая пристроиться под крылышком у халифа, оказаться в ситуации, когда ради спасения собственной шкуры выдал врагам последнего довольно важных персон.

Быстрый переход