– Я почти так же, кормежку возил да раненых, на передовой почти не бывал. Но, главное, паря, мы выжили, ведь так?

– Конечно, – согласился я.

Дальше ехали в тишине. Я задумчиво крутил головой, пытаясь увидеть что-то знакомое, но ничего не узнавал. В Волковыске нас высадили, и мы, уставшие от дороги, ну я-то не устал, потопали искать ночлег. Вот разница, да? Конечно, чего я сравниваю со Штатами, там войны не было, а тут… Здесь же все перепахано от и до. Расстояние меньше трех сотен километров, а ползли целый день.

– Бог в помощь, хозяюшка, – окликнул я женщину таких габаритов, что аж икнул от увиденного. Помните персонажа Нонны Мордюковой из отличного фильма «Они сражались за Родину»? Такая же. Она пыталась поправить покосившийся забор и стояла в такой позе, что Геракл, увидев, удивился бы.

– Чего стоите, как индюки? Помогли бы лучше!

Парни мои среагировали как надо. Хмыкнув, бросили вещи и рванули наперегонки.

– Сами-то откель будете? – спросила женщина, отойдя в сторону, убедившись, что парни знают, что делать.

– Да из Воронежа. Встреча у нас тут недалеко, с боевыми товарищами. Мы ночлег искали…

– Ясно, – кивнула она, – меня тетей Шурой кличут.

– Игорь, – сказал я, парни тоже назвались. А также попросили осмотреть ту секцию забора, что нуждалась в починке. Ребята у меня справные, уже все сделали, я лишь поддержать помог.

– Пойдемте в дом. Баня не топлена, но пока снедать будете, я истоплю. Веники у меня есть хорошие, вам понравится с дороги…

Вот наши люди, да? Ведь мы даже не просили ничего.

Ни слова не говоря, мы проследовали за тетей Шурой. Ужин был простой, но все наелись досыта и были довольны. Все же сейчас не военные годы, явно лучше жить стали в деревнях. Даже мясо было к картошке, а уж квашеная капуста и вовсе выше всяких похвал. Хозяйка сильно удивилась, когда мы от спиртного отказались. Ну, не те времена, да и жили-то мы последнее время в другой стране, а там как-то уже и привыкли, совсем другой порядок и уровень жизни. Это тут народ спивался от безделья и безысходности. Давно на Руси так было. Поэтому мои и не пьют почти, а мне так и вовсе алкоголь как вода. Зато по нашей просьбе тетя Шура сбегала к соседке и добыла молока, своей коровы у нее не было. Вот уж где оторвались! Жареная картошка с мясом и под молоко с квашеной капустой! У виска крутите? Зря, вкусно же!

В бане все резвились, как пацаны. Мне-то что, я боли не чую, а вот парням досталось. Я на совесть обработал каждого. Не знаю, что там с нашим пришельцем будет, но что-то я не чую в себе пока никаких изменений. Как был «бонусным», таким и остаюсь.

С утра было легкое пробуждение и плотный завтрак. Рассчитались за постой просто, с деньгами тут, в деревнях, было туго, поэтому тетя Шура взяла их, хоть и не хотела вначале. Но мы настояли. Палимся, наверное, тут так не принято, но было плевать. Даже если менты нас примут, что нам предъявить? На крайний случай, вообще можем сказать, что поехали по стране из любопытства, документы-то у нас иностранных подданных в порядке. Максимум, что сделают, это выдворят из страны, так что не переживали. Мы из-под опеки-то в Москве уходили просто, чтобы чувствовать себя спокойно, без пригляда, а так ничего ведь плохого мы не замышляли. Посадить не смогут, если до этого дойдет, будем рубить жестко, к сожалению, не в первый раз.

Тетя Шура предупредила перед выходом, чтобы осторожнее были. Леса, говорит, много в себе таят страшного. И подрываются люди до сих пор, и на бандитов, бывает, нарываются. Бандиты – все бывшие западенцы и поляки, видимо, не всех еще передавили. Хулиганят тут, как местные говорят. Но милиция не дремлет, регулярные рейды по деревням в порядке вещей, так что бандеровцы не сильно тут преуспели.