— Интересно, что напридумывает Сэб, когда узнает, что мы спали в одной комнате?

— Это все ты. Я прекрасно могла вызвать такси.

Хью протянул руку и медленно отвел волосы с ее лица.

— Ночью это не так просто. — Он как бы нечаянно провел пальцами по ее лбу. Медленно. Легко. — Что заставляет женщину вести себя подобно Соне, как ты думаешь?

Эми не сразу нашла ответ, ей было трудно о чем-то думать, кроме того, что они рядом и от этого все ее тело охвачено истомой. Она тихо лежала, окутанная темнотой.

— Что заставляет человека, — продолжал он, — прятаться от правды, как это делает Ричард? — В его голосе звучала горечь.

— Я не знаю. Почему мой отец так обращался с мамой? А твой отец… почему он был зол на тебя? Люди делают неправильный выбор, наверное, все из-за этого. Если бы они больше думали, такого не происходило бы.

Рука Хью покоилась на лбу Эми.

— Я знаю, почему отец ненавидел меня.

— Правда? — Эми приподнялась на локте, и блестящие волосы упали ей на лицо. — И почему же?

Хью никому об этом не говорил с тех самых пор, как мать открыла ему тайну. Может быть, он тогда уже и сам догадывался, поэтому для него это не стало тем потрясением, каким могло бы стать, будь все иначе. Возможно, он даже был рад.

— Потому что я не его сын.

— Не его?..

— Да, не его сын. — Он заметил маленькую морщинку у нее на лбу и разгладил ее пальцем.

— И ты… ты точно это знаешь? Тебе мама сказала?

— Когда он умер. Я всегда чувствовал, что он ненавидит меня.

— Но тогда кто?.. И как вышло, что?..

Хью улыбнулся:

— Думаю, обыкновенно.

— Да, но… — Эми снова опустилась на подушку. Мать Хью. Немыслимо! Об этой женщине никогда бы никто не подумал ничего сомнительного. Она была добропорядочной женой от природы, если можно так сказать. Ее ничто не интересовало, кроме собственного дома, сада и сына. — Тебе было десять, когда твой отец умер, да? Она тогда тебе сказала? И зачем?

— Я попросил ее.

Эми задвигала губами, пытаясь сформулировать вопрос, который вертелся на языке. Если бы с ней самой такое случилось, ей показалось бы, что весь мир обрушился.

— И что ты почувствовал?

— Облегчение. Так и должно было случиться. Я к нему ничего не испытывал, кроме неприязни, и он ко мне тоже. Только позже, когда я повзрослел и научился думать по-настоящему, стало тяжеловато.

Эми неотрывно смотрела в его голубые глаза, светившиеся в темноте.

— А как все это произошло, ты знаешь?

— Знаю только то, что она мне рассказала. Она встретила отца — будем называть его так, — когда ей было семнадцать, а в восемнадцать стала его женой. Он был старше ее на одиннадцать лет. — Хью вздохнул и перевернулся на спину. — Он обожал ее. Впрочем, мы оба знаем, как это бывает.

Хью помолчал. Эми лежала, затаив дыхание.

— Продолжай, — попросила она.

— Он хотели ребенка, но прошло семь лет, и они примирились с тем, что детей у них, очевидно, не будет. — Хью повернулся к ней. — Ничего, если я прижму тебя к себе? Ты не против?

Против ли она? Да каждый нерв в ее теле рвался к нему.

— Не против, — сказала Эми, ощущая, как он прижимает ее к себе и она чувствует биение его сердца под своими пальцами. Это было чудесно. То, что надо.

— Папе предложили полугодовой контракт в Гонконге. Это случилось, когда мама уже встретила моего настоящего отца.