— Запишите все на пленку, — посоветовал Райли, когда Лайтнер направился в комнату для допросов.

Пол пригласил начальников следственных бюро, а также шефа полиции Кларка и еще нескольких детективов. Все эти люди смогут подтвердить то, что невозможно будет доказать с помощью записи. К тому же Райли хотел услышать их мнение о ведении допроса.

Пока все молча смотрели, как Терри Бургос покачивается в такт музыке, звучащей у него в наушниках. Он даже не взглянул на Джоэла Лайтнера, когда тот вошел в комнату, держа в руках магнитофон. Лайтнер положил его на маленький деревянный стол и протянул шнур к розетке на стене. Лишь когда вибрации магнитофона передались столу, подозреваемый обратил на него внимание.

Лайтнер сел на стул напротив Бургоса и жестом велел ему снять наушники. Бургос повозился с плейером и наконец выключил его, а затем вытащил маленькие наушники из ушей.

— Спасибо, что пришли, мистер Бургос. Не возражаете, если я запишу нашу беседу?

Бургос обвел взглядом детектива, на котором была рубашка с закатанными по локоть рукавами. Лайтнер прикоснулся к кнопке записи.

— Сегодня понедельник, 26 июня 1989 года, 13 часов 25 минут. Я Джоэл Лайтнер, старший детектив полицейского управления Марион-Парк, нахожусь в одной комнате с Терренсом Диметриусом Бургосом. Мистер Бургос, вы разрешаете записать наш разговор?

Подозреваемый все так же пристально смотрел на детектива. Затем неуверенно пожал плечами.

— Вы можете ответить вслух, мистер Бургос?

— Хорошо, — сказал он тихо и неохотно.

— Значит, я могу записать наш разговор?

— Ладно. — Он положил руки на крышку стола. — Можно мне еще колы?

— Хотите колы? Нет проблем. — Лайтнер подошел к двери и передал полицейскому просьбу Бургоса. — Вы ведь, наверное, голодны? Вы же сегодня не обедали.

— Ага.

— Как вы себя чувствуете?

Ответа не последовало. Возможно, вопрос был слишком прямолинейным.

— Бургер и картошку фри? — спросил Джоэл. — Или сандвич?

— Я люблю тако.

— Тако? Отлично. Я знаю одно местечко неподалеку. — Он снова обратился к полицейскому у двери. Затем Лайтнер вернулся и уселся на стул. Откинулся на спинку стула и положил ногу на ногу. Некоторые люди так стараются держаться легко и непринужденно, что это видно невооруженным глазом. Райли заметил, что Джоэл из их числа. — Хочу поблагодарить вас за то, что пришли к нам. И вы должны знать, мистер Бургос, что делаете нам большое одолжение. Поэтому при желании вы можете уйти. Вы меня понимаете?

Подозреваемый пожал плечами:

— Я не возражаю.

— Замечательно, — вслух произнес Пол.

Джоэл прекрасно знает свое дело. Он сказал подозреваемому, что тот может уйти. Это означало, что формально Бургос не находился под арестом, ему не зачитывали права. Но сначала Джоэл предложил этому человеку еду и лишь потом сообщил о том, что он может уйти. Теперь Джоэл мог рассчитывать на приятную беседу, и никто даже не заикнулся бы об адвокате. Однако Терри Бургосу еще предстояло узнать, что здесь не станут просто так угощать обедом.

— Что вы делали сегодня утром, Терри?

Подозреваемый снова пожал плечами:

— Ничего особенного.

— Вы слушали радио?

— Я слушал музыку.

— Значит, сегодня вы не слушали радио?

— Нет.

— А что насчет телевизора? Вы смотрели его сегодня?

— Нет.

— Вы с кем-нибудь разговаривали? С соседями? Или еще с кем-нибудь?

Бургос покачал головой:

— Ни с кем.