— Тебя какая-то дама спрашивает, — сообщила она, когда Солнышко чуть приоткрыл дверь ванной.

— Подожди в комнате, — велел Солнышко и, когда его гостья так и поступила, выскочил в коридор.

— Алле! — крикнул он, схватив трубку. — Да-да, я понял. Прибыли на место и продолжаете наблюдение. Нет, Владлен Серапионыч еще не звонил, но обязательно передам. Спасибо, уже лучше.

Солнышко положил трубку и посмотрелся в трюмо. Вообще-то он совершенно искренне считал себя самым обаятельным и привлекательным парнем на свете, но увы — отражение в зеркале не всегда это подтверждало. Однако на сей раз Солнышко сам себе даже понравился. Он приосанился, повернул голову в полупрофиль, чуть сдвинул брови, потом раздвинул. А кинув взор в сторону от зеркала, увидел, что в дверях стоит Варя и откровенно его разглядывает.

— Отвернись! — Солнышко попытался прикрыться. Но Варвара и не думала отворачиваться:

— А то я не знаю, что у мальчишек под трусами!

Подумав, Солнышко признал, что в Вариных словах была доля здравого смысла. И даже решил использовать это обстоятельство на пользу дела:

— Сударыня, не будет ли с моей стороны излишней дерзостью попросить вас потереть мне спину?

— Не будет, — улыбнулась Варя так просто, будто Солнышко предложил ей порешать задачку или выпить чаю.

Солнышко залез в ванну и встал под душем, выжидательно глядя на Варю:

— Ну, давай. Только блузку сними, чтоб не замочить. — И, засмеявшись, добавил: — Да не стесняйся ты, я тоже догадываюсь, что у девчонок под одеждой.

Тоже засмеявшись, Варенька смело скинула блузку — под ней ничего особенного не было, если не считать точеных девичьих грудок.

— Нравится? — спросила она, заметив восхищенное изумление на Солнышкиной физиономии.

— Нравится, — тихо выдохнул Гриша.

— Счастливые, у вас горячая вода есть, — вздохнула Варенька. — А у нас уже второй месяц плановый профилактический ремонт. То есть это только так называется, а на самом деле — наш водопроводчик впал в плановый запой.

— Ну так давай сюда, — не подумав, от чистой души предложил Солнышко. — То есть, я хотел сказать, потом помоешься. А я тебе тоже, если хочешь, спинку потру.

Однако Варя уже решительно скинула юбочку и трусики и встала под душ. Солнышку пришлось чуть подвинуться.

— Ну, Солнышко, подставляй спину. Где у вас мочалка?

— Нет-нет, лучше без мочалки, — взмолился Солнышко. — Просто мылом, и очень ласково и нежно…

— Ну, можно и так, — охотно согласилась Варя и, намылив Солнышку спину и бока, стала осторожно водить по ним ладонями.

— …А ты красивая, — восхищенно сказал Солнышко, когда они, помывшись и вытерев друг друга махровым полотенцем, вернулись в комнату. Не желая одевать сразу после бани несвежую одежду, Варя осталась, как была, и теперь в одних шлепанцах свободно стояла посреди комнаты, предоставляя возможность Солнышку, который «за компанию» тоже не стал одеваться, рассматривать все свои девичьи прелести.

— А я и сама знаю, что красивая, — кокетливо тряхнула Варенька еще влажными волосами. — Отчего ж ты раньше этого не замечал?

— Лучше поздно, чем никогда, — ответил Солнышко и, схватив со стола альбом, вырвал листок и принялся простым карандашом набрасывать Варенькин портрет во весь рост.

Однако завершить сей шедевр Солнышко не успел — зазвонил телефон. Бросив неоконченный портрет на стол, художник кинулся в коридор.