Остальные ребята из охраны остались в шатре, заняв боевые позиции.

Мы забежали за деревянные ящики, напичканные дарами, здесь был хороший обзор.

Автобус остановился. Толпа настороженно притихла. Мало кто услышал Симара и большинство зевак с интересом глазели на расстрелянное лобовое стекло. Никто не спешил покидать площадь.

Какое-то время ничего не происходило. Айриса и Цай зашагали к автобусу.

Старший Хранитель продолжал кружить вокруг лаково-красной махины, обозначая врага. Едва заметное движение внутри кабины автобуса, из-за чёрного занавеса вылезло пулеметное дуло, но мне хватило доли секунды, чтоб среагировать.

— Лежать! — заорал я не своим голосом, и мой крик заглушил грохот пулемётных очередей.

Мы с Симаром лежали на земле, прикрыв головы руками. Энни, скрючившись, тихо поскуливала и дрожала.

Грохот не прекращался. Сыпались стекла, верещали люди, несколько ящиков с продуктами рухнули на нас. Симар толкнул меня в бок, дернул за руку Энни.

— Давайте, к контейнеру, — сказал он.

В метрах пяти от нас находился контейнер, в котором привезли дары жителям города. Мы поползли в ту сторону.

Я мельком взглянул на площадь, Айриса бежала к нам. Цай неподвижно лежал на земле. Я мысленно выругался.

Пока мы двигались к контейнерам, к нам присоединились несколько ребят их охраны, в том числе и Айриса.

— Цай как? — зачем-то спросил я, хотя ответ знал и так.

Айриса отрицательно мотнула головой, кинув грустный взгляд в сторону площади.

Заметил, что наши ребята, кто успел попрятаться, пытались снять пулеметчиков, но безрезультатно. А когда мы оказались за контейнером, я смог в полной мере оценить все бедствие ситуации.

Огонь велся сразу с четырех сторон из окон автобуса на двух этажах, расстреливая и расчерчивая непрекращающимся залпом все, что попадалось на его смертоносном пути.

Внезапно стрельба резко прекратилась. К тому моменту, все кто мог, сбежали с площади или попрятались, а кому повезло меньше, лежали, истекая черной кровью на серой брусчатке.

Звучали одиночные выстрелы, наши продолжали палить. Неподалеку парень из преданных, очевидно ракта, высунул голову и нацелил сосредоточенный взгляд на автобус, вытянув руку вперед. Автобус неторопливо задымился, затем загорелся, так же неторопливо, будто в замедленной съемке, но пламя вместо того, чтоб разгореться сильнее, погасло, словно его и не было.

К нам перебежками подбежал Юржи:

— Вы в порядке, нара? — спросил он.

— Я — да, — ответил Симар. — Остальные как?

— Есть потери, но незначительные. Сейчас жители разбегутся, расстреляем ко всем ракшасам этих извергов.

— Там могут быть заложники, — мотнул головой Симар.

— Мы этого не знаем, — Юржи развел руками. — Жертв в любом случае не избежать.

— Подкрепление вызвали?

— Да, только что отзвонил всем. Ближайшие бойцы прибудут в течение двадцати минут.

Симар кивнул.

— Так как поступим сейчас? — Юржи напряженно уставился на Симара.

Тот не отвечал, думал. И решение явно далось ему не просто:

— Действуйте, расстреливайте, — мрачно сказал он.

Внезапно раздался свист, и оглушительно громыхнуло. Еще взрыв, чуть дальше. И снова оглушительный грохот, взрыв разнёс наш шатер с серебристым Сатурном.

— По нашим бойцам целятся, — выругался Юржи, вытянул рацию: — Всем укрыться, ждать приказа, повторяю, всем укрыться и не высовываться.

Взрывы стихли так же внезапно, как и начались. Все вокруг затаились, ожидая очередного удара.