Зунар остервенело пытался прорваться к Фидзи, несколько мужчин бросились к нему, оттягивая в сторону.

— Нет! Нельзя! Иди прочь, тварь! — орал он, краснея, и рвясь вперед. На лице новоиспеченного главы клана было такое невыносимое отчаянье, что, кажется, смерть брата его не так разозлила, как пожиратель, собравшийся поглотить источник.

Белые всполохи из источника тугими струями проникали в тело Фидзи. Я слышал, как кричит и рвется внутрь Карина. Кто-то убегал прочь, кто-то использовал силу. Джамир сосредоточился на Фидзи, его отец Михан швырял в парня огненные шары. Всполохи, вспышки, ледяные потоки и молнии били в Фидзи, но гасли на полпути. Его окружал щит.

Видящий Ян пытался задержать поток, тянул его на себя, но сил ему явно не доставало. Упав на колени, он трясся от напряжения, пытаясь вырвать потоки шакти у пожирателя.

Вокруг бушевала паника. В святилище вбежала Карина, замерла в замешательстве. А затем взвыла, рухнув на колени, и разрыдалась.

Только император казалось, сохранял спокойствие. Он безотрывно глядел на Фидзи и, вытянув руки, пытался его остановить.

— Мне, — громко заговорил император, слова ему явно давались с трудом, — мне нужны только те, кто может пробить защиту, и умеет направлять разрывающие потоки на всех слоях. Остальные вон из источника! — Последнюю фразу он выкрикнул, усилив голос до громогласного.

Клубящий шар, похожий на солнце, заметно уменьшился, источник иссяк вполовину.

Снова раздался треск, я присел, приготовившись ко второму удару, сгруппировавшись. Эта волна была еще сильнее, упавшая рядом со мной Мэй приложилась головой о стену и лишилась сознания. Всех раскидало по галерее, Карину унесло в проход.

Я наткнулся на отчаянный взгляд Зунара. Он кивнул мне в сторону императора. Я сразу понял, на что он намекает. Я рванул к Амару Самрату через все помещение.

Император был так напряжен, что даже не заметил меня.

— Покажите! Я буду отражать, — сказал я.

Император непонимающе взглянул на меня. Затем резко бросил Фидзи и повернулся.

— Будет больно, — сказал он, и в ту же секунду все тело пронзило тысячей острых стрел.

Я упал на пол, не в силах удержаться на ногах, и тут же боль резко отступила, будто ее и не было.

— Это разрушение. Отражай, — велел император, и уже через миг он вновь вернулся к Фидзи.

Когда я встал рядом с императором, источник уменьшился на треть, и времени у нас оставалось немного. Я искренне хотел спасти источник, и мотивация или толчок для отражения мне нужен не был. Но как бы я не пытался воссоздать разрушительный луч Амара Самрата, ничего не выходило.

И здесь снова сыграли свою роль эмоции. Я не хотел причинять боль Фидзи. Разум понимал, что это правильно, нужно уничтожить пожирателя, но всё мое естество противилось убийству мальчишки Фидзи. Он не выбирал это проклятие, оно выбрало его. Он не виноват.

«Клану нужен этот источник», — раздался в голове настойчивый голос Алисаны, а следом ему вторил протяжный крик Карины:

— Не смейте! Не трогайте его!

«Источник Хал основной в Сорахашер, без него клан лишится шакти. Игал слишком слаб, чтоб обеспечить всех ракта», — продолжала подначивать Алисана.

Народ притих, напряженно наблюдая за нами.

— Вы все мешаете! Прочь! — крикнул император.

Зунар, которого все еще держал Санджей и Гасан, перестал рваться к Фидзи, опустил голову и первым вышел из святилища. А за ним, нерадостно и растеряно оборачиваясь на источник, зашагали прочь остальные. Но главное, монахам удалось увести Карину. Именно она мне мешала убить Фидзи.