Боевики дружно захохотали. Утюг получил свое прозвище, ставшее его вторым именем, два года назад. Забирая излишки, по его мнению, денег у новоявленных коммерсантов, он проглаживал несговорчивых раскаленным утюгом, который всегда брал с собой на «экспроприацию».

— Закрой хайло, Голубь! — недовольно буркнул Утюг.

— Может, трахнем телку, — неожиданно предложил длинноволосый здоровяк. — Вдруг без Утюга вспомнит.

— Попробуй, — насмешливо фыркнула женщина. — Тебя потом самого оттрахают!

— Чего кудахчешь, курица! — вскочил боевик.

— Осади, Дьяк! — прикрикнул на него Утюг и снова спросил вызывающе улыбающуюся брюнетку:

— Как ты думаешь, где нам этого симпатягу в джинсах отыскать?

— Не знаю, — она равнодушно пожала плечами. — Как я поняла, он ехать куда-то собрался. . — Почему ты так думаешь? — внимательно посмотрел на нее Утюг.

— Он сам про это что-то сказал, — пытаясь вспомнить, задумчиво произнесла женщина.

— Что именно? — шагнул к ней парень.

— Да подожди ты! — сердито отмахнулась администратор и радостно воскликнула: — Вспомнила! Говорил, мол, хорошо у вас, в Ягодном, да ехать надо.

— Куда?

— Про это он не сказал, — засмеялась брюнетка. — Меня и майор спрашивал, куда, мол, он поехал?

— Какой майор? — насторожился Утюг.

— Милиции, — недовольно ответила женщина. — Серов этот, который вам нужен, в мою смену выписался. Только он ушел, ко мне мужчина подходит и о нем спрашивает. Я ему что-то не так ответила, он и сунул мне удостоверение под нос. Майор ОБХСС Рудин Рудольф, — замолчав, пытаясь вспомнить, она наморщила лоб. — Отчество какое-то...

— Почему про легавого сразу не сказала? — перебил ее Утюг. — Мозги пудришь, сука!

Он коротко ударил женщину в грудь. Вскрикнув, та грохнулась на пол.

— Чопаем отсюда! — махнул парень остальным и быстро вышел из комнаты.

— Жопка у нее путная, — неохотно поднимаясь, слащаво улыбнулся Дьяк. — И ляжки класс! Такое добро пропадает, — с сожалением посмотрел он на администраторшу.

— В зонах за это спрашивают, — усмехаясь, взглянул на него рослый бритоголовый парень.

— Я туда не собираюсь, — спокойно парировал длинноволосый. — Потому что в такое время на нарах валяются только дурики вроде тебя.

— Чего?! — угрожающе повернулся к нему бритоголовый.

— Бритва! — поймал его за руку Голубь. — Тормози!

— А чего он, сука! — вырвался тот.

— Может, все-таки огуляем телку? — усмехаясь. Дьяк дернул замок на молнии джинсов.

— Увянь, — посоветовал ему Голубь. — К ней сам Директор ныряет.

— А чего же Утюг вписал ей? — мгновенно застегнув молнию, удивился Дьяк.

— Утюг, он и есть Утюг, — увидев возвратившегося мускулистого поперхнулся смехом Голубь.

— Добазаришься, — угрожающе проворчал тот и, наклонившись над испуганно дернувшейся женщиной, спросил:

— В каком номере этот майор?

— В двадцать пятом, — держась за левую грудь, простонала та. — Рудольф Оттович Рудин, — вспомнила она отчество.

— Почему сразу про мента не сказала? — уже спокойнее поинтересовался Утюг.