Книги Проза Даниэла Стил Награда страница 24

Изменить размер шрифта - +

— О господи, сколько ему? — совершенно растерявшись, спросила она, не имея представления, как будет его перевозить.

— Восемь недель. Давид самый маленький из спасенных нами детей. Мать оставила его в мусорном ящике — было всего месяц — в тот день, когда их депортировали. К его одеяльцу прикрепили записку с нашим адресом. Горничная, обнаружившая младенца, принесла его нам, но он был болен — видимо, простудился.

Малыш словно понимал, что говорят о нем, и у Гаэль едва не разорвалось сердце от жалости. Подумать только: такой кроха — и уже потерял мать!

— Его отец — доктор, так что роды принимал на дому. Они боялись ехать в больницу, потому что евреи, хотя отец практиковал в округе двадцать лет.

Все эти истории были трагичными и шокирующими…

Гаэль подняла ребенка, прижала к себе, и он тут же принялся слюнявить ей шею и чмокать — очевидно, хотел есть.

— Как мне его везти? И что, если он заплачет?

— Может, завяжешь его в платок и повесишь на грудь, как будто он твой? Если остановят, можешь сказать, что еще не успела выправить ему документы. Вряд ли он вынесет путешествие на тракторе, да и в корзине на велосипеде его не повезешь.

Гаэль глубоко задумалась, пытаясь решить, как лучше поступить. Задание оказалось нелегким.

— Куда его нужно доставить?

— Это в паре часов пути отсюда.

Симон привез малыша с соседней фермы, но не решился самостоятельно доставить в безопасное место: вряд ли он сможет объяснить правдоподобно, откуда взялся двухмесячный младенец. Гаэль это куда проще. Кроме того, нельзя быть уверенным, что он всю дорогу станет молчать: а вдруг расплачется, захочет есть или обмочит пеленки. Кроме того, малыш по-прежнему сильно кашлял.

Симон почти сразу же уехал, оставив детское питание, предоставленное Красным Крестом. Гаэль покормила ребенка, соорудила для него перевязь из своего шерстяного шарфа и села на велосипед, громко распевая, чтобы успокоить его. Ее голос, похоже, действовал на него завораживающе. Как бы то ни было, но малыш замолчал.

Час спустя она выехала на магистраль, и на сей раз ее остановили на блокпосту проверить документы, но о ребенке даже не упомянули. Ее бумаги были в порядке, поэтому солдат лишь спросил, куда она направляется.

— Навестить бабушку. Она его еще не видела — сильно болел.

В этот момент малыш, как по заказу, разразился устрашающим кашлем, словно в подтверждение словам.

— Не стоило вывозить его на улицу в такой холод, — пожурил солдат и добавил, что у него самого трое детей и видно, что это ее первенец.

Вид у солдата был крайне неодобрительный: слишком уж она молода и не замужем, — но он все равно улыбнулся, коснулся пальцами щечки ребенка и строгим голосом велел как можно скорее отвезти его в тепло.

Январские холода в самом деле были суровыми.

Гаэль немного испугалась, когда ее остановили, но, услышав слова солдата, облегченно вздохнула.

Через час она добралась до нужного места и с радостью отдала малыша женщинам. Ей никогда раньше не приходилось заботиться о младенцах, но она справилась — этот, похоже, прекрасно выдержал дорогу.

— Сегодня ночью у нас будет возможность перевезти его через границу, а уезжаем мы немедленно, — сказала одна из женщин. — Его переправят в Швейцарию. Только за прошлый год эта супружеская пара взяла к себе семерых спасенных детей. Поверь, повсюду немало очень добрых людей, и малышу будет хорошо с ними.

Гаэль очень надеялась, что на обратном пути не встретит того же солдата: уж точно спросит, куда девался младенец. Придется сказать, что оставила у бабушки. Солдат уже посчитал ее плохой матерью, раз вывезла больного ребенка на холод.

Быстрый переход
Мы в Instagram