Что тут скажешь? Оля вот дар речи утратила, беспомощно на Велеса глянула. Он в ответ плечами пожал, мол, не хочешь не ешь, как бы, или если хочешь…, в общем, беспомощность во взгляде сменилась сначала удивлением, а затем раздражением.

Она подошла к нему поближе, прижалась к плечу, на цыпочки встала и в ухо прошептала.

-Чего делать-то?

-В смысле?

-Ну, как сделать, что б этих ушлёпков не поубивали и что б они перебесились, да успокоились.

Велес пожал плечами – сначала левым потом правым. Задала она загадку…, ответ – убить и позволить Тёмным съесть их, Оля вряд ли поймёт. А просто отпустить – ребята расстроятся…, тут надо как-то хитрее действовать. Или они уже к вечеру, отправятся на очередную охоту, искать ту жертву, которая демонам понравится. Они именно так поймут приказ отпустить добычу – жертва демонам неугодна, а сами Тёмные, чем-то перед ними провинились. А как такие проблемы решать?

Естественно достойной жертвой!

Так что нужно поаккуратнее…

Или таки съесть их? На вид плотненькие упитанные…, но он же поклялся себе – людей не…

-Чего? – Резко отстранившись, да глазки выпучив, воскликнула Оля.

-Ммм, я вслух сказал да? – Густо покраснел сталкер.

-Короче, я сама. Стой и не отсвечивай…

-Как грубо!

-А по еблу прикладом, так помягче, не? – Рявкнула она, сверкая зло глазами…, ну вообще попал…, теперь она будет думать, что он людей таки ест. Вот жеж привычка-то дурная, вслух мысли говорить! Но ведь это правда – он никогда, людей, того…, что-то в памяти зашевелилось подозрительно, но сталкер волею крепок был, характер у него железный, так что всё по-быстрому себе простил и всё нехорошее нафиг забыл.

Оля выступила вперёд, к толпе коленопреклонных фигур, важно подбочёнилась и…, и сильно удивила Велеса. Вместо очередной грубости и резкости, каких Тёмные от неё видели море и два стакана до кучи, она выдала задумчивую, полную важности, фразу:

-Достойная жертва. – Кивнула медленно. Биат подняла голову к небу и, полная счастьем, истошно завыла. К её крику души тут же присоединилась вся стая – Велес присел на корточки, что-то с воя этого, голова начала кружиться. Оля сдержалась, хотя и её мутит. Сталкерам попроще было – их на колени поставили, точка опоры значительно крупнее, устойчивость лучше…, ну, если не терять сознание. Один таки вырубился и свалился лицом в снег. Нервный, как говорится, шок.

-Тихо, тихо дети мои…, тихо…, тихо мать вашу…, закрыли сука пасть уроды!!!

Во, молчат, влюблёнными глазами смотрят на Смертную Тень.

-Ваше старание мне по душе. – Заявила девушка, когда визг и вой стихли. – Но я не голодна и не жажду крови. Верните им оружие и вещи. Пусть идут прочь.

Тёмные заволновались, ворчать начали, некоторые вон хмурятся - не понимают в чём дело. Вроде жертва демонице нравится, но почему тогда она приказывает их отпустить? Что-то не так, а что? Понять не получается. Навыки те, давно утрачены…, и тут лица некоторых просветлели.

Отпускает, то есть, сама не хочет – всё же ясно как день!

Она разрешает им самим отведать от жертвы!

-А ну сидеть! – Рявкнула Оля, когда с десяток топориков разом поднялись в руках «прозревших» Тёмных. – Живьём отпустить. – Непонимание на лицах - у некоторых прямо-таки физические страдания от попытки понять, почему Саат решила так, а не иначе и чего это всё значит. Оля сжалилась и пояснила. - Пусть ходят по Зоне. Пусть рассказывают всем, что видели лично Баала и Саат, что видели Тёмных, верных псов Ада. Пусть всюду несут весть о нашей силе!

На пару мгновений повисла тишина. А потом рёв поднялся такой, что Велес присел на снег, вытянув ноги – и как Оля не падает от этого единого вопля шести десятков глоток? И сопляки её вон, морщатся стоят, а ничего, плохо им не становится.