– Что? – переспросил Саммерс с побледневшим лицом. – О чем вы говорите, черт подери, я вас не понимаю!

– Все ты прекрасно понимаешь, мошенник! – гневно воскликнул Том. – Ты помещал в своей газете рекламу лекарств, не удосужившись проверить лицензии фирм. А это, как тебе известно, является нарушением закона. Смотри же, чтобы больше такого не было, а не то я до тебя доберусь! – Он погрозил Саммерсу кулаком. – Ладно, а теперь выписывай Элизабет расчет. И не забудь про компенсацию за неиспользованный отпуск!

Саммерс покачнулся на месте, словно собирался грохнуться в обморок. Потом, совладав с дурнотой, уселся за стол и быстро выписал Элизабет расчет. Взяв листок, Элизабет молча отвернулась от Саммерса и, подхватив Тома под руку, проследовала в бухгалтерию.

Получив расчет, Элизабет и Том покинули редакцию. Едва они оказались в машине Тома, Элизабет тотчас засыпала его вопросами, которые последние двадцать минут вертелись у нее на языке.

– Все очень просто, – пояснил Том. – В последние месяцы к нам, а также в другие больницы стали поступать пациенты, которые пользовались одними и теми же лечебными препаратами. Была проведена проверка, и выяснилось, что эти препараты вредны для здоровья. Одну из фирм, продававших лекарства, удалось привлечь к суду, остальные успели закрыться и исчезнуть в неизвестном направлении. Ты должна помнить их названия… – Он перечислил ряд фирм, заказывавших рекламу в «Нью-йоркском курьере».

– Да, я помню их рекламу, – кивнула Элизабет. – Но, боже мой, мне и в голову не приходило, что это мошенники!

– Зато я не сомневаюсь, что твой шеф прекрасно знал об этом, – гневно проговорил Том. – Но, к сожалению, его очень трудно привлечь к ответственности. Ведь фирмы предоставляли лицензии, и Саммерс может сказать, что у него не было оснований им не доверять. На самом же деле он должен был проверить, каким путем получены лицензии и не фальшивые ли они случайно. Но он этого не сделал, потому что думал только о прибыли.

– Хм! – Элизабет озадаченно покосилась на Тома. – Так ты давно знал, что Саммерс связан с мошенниками? А почему мне не сказал? Вчера или хотя бы сегодня?

– Ты не упоминала название газеты, в которой работаешь, а фамилия Саммерс не такая уж редкая. Я связал концы с концами только тогда, когда мы оказались в редакции.

– И, надо заметить, очень вовремя. Иначе не видать бы мне расчета как своих ушей.

Том притормозил на светофоре, повернулся к Элизабет и посмотрел на нее с мягким упреком.

– Вот видишь, с каким непорядочным человеком ты общалась! Да еще и замуж за него хотела выйти!

– Но я же не могла знать, что он имеет дела с мошенниками!

– Бет! Да ведь у него на роже написано, что он хам и подлец! Как можно быть такой слепой? К тому же, – с колкой усмешкой прибавил Том, – я просто не могу понять, за что ты в него влюбилась. Ну был бы хоть красавец! А то так, ничего примечательного. Потасканный старый хрыч.

– Джон Саммерс вовсе не старик, с чего ты взял? – возразила Элизабет, смущенно покраснев. – Ему всего сорок пять лет.

– Сколько? Сорок пять? Ну да, конечно, самая подходящая партия для девушки твоего возраста!

– Но ведь мужчина и должен быть старше женщины!

– Кто тебе такое сказал?

Глаза Элизабет изумленно расширились.