(Еще немного, и мы начнем скучать о доброте и нежности кхлеви, ) печально заметила Кхари. (По крайней мере, мы могли объяснять их поступки животными инстинктами. А поведение этих людей просто отвратительно.)

Мелиренью назначили целительницей на вечерний турнир. Ее полупрозрачный рог стал почти незаметным при искусственном свете. Она ощущала депрессию и упадок сил. Ей было страшно думать о том, что вскоре ее по уши погрузят в грязные сточные воды, заставят дышать отравленным воздухом или будут мучить на допросах. Но более всего ее ужасала мысль, что она не сможет исцелить какого-нибудь израненного ребенка. Пока таких случаев не было, но с каждым днем на исцеление ран им требовалось дополнительное время, и это продлевало страдания несчастных жертв.

На этот раз в «Колизее» собрались все солдаты и ученые. На трибуны пригнали пленных линьяри и детей с «Прибежища». Красавицу Зиану – капитана «Прибежища» – и ее жениха вытолкали на ристалище. Левое запястье девушки было связано с правым запястьем Пала; а ее левая лодыжка – с правой лодыжкой юноши.

Бедную Надари, в очередной раз исцеленную от ран, опять одурманили огромным количеством наркотиков. Икваскван лично вводил их в ее кровеносную систему. Последние три ночи линьяри усиленно очищали организм женщины от психотропных веществ. Как только к ней возвращался рассудок, она умоляла убить ее или, по крайней мере, оставить раны без лечения. Но линьяри не могли исполнить ее просьб.

Когда солдаты включили лазерные пруты и начали подталкивать молодую пару к обезумевшей Надари, на «стадионе» появился офицер связи. Размахивая рукой, он пробежал через толпу зрителей и поднялся к кабинке, в которой сидели Икваскван и Гануш. Связист отдал честь и о чем-то доложил генералу. Тот явно обрадовался, кивнул офицеру и жестом велел солдатам на арене приостановить начинавшийся бой. Связист спустился по ступеням и направился в ту часть станции, где стояли захваченные корабли и находились камеры для допросов.

Прошло около двух минут. Мелиренья, вступив в телепатические общение с другими линьяри, с тревогой гадала о том, какой новый ужас приготовили им люди. Внезапно освещение изменилось, и купол сферы превратился в огромный экран. На нем возник величественный холм, на склоне которого пестрели разноцветные павильоны. По широким аллеям и площадям прогуливались линьяри, одетые в роскошные и странные наряды. В небе парили яйцеобразные корабли, количество которых втрое превышало флот, оставшийся на нархи-Вилиньяре. Перспектива плавно сместилась, и на экране появилось женское лицо.

– Уважаемые послы, торговцы, студенты и ученые, это говорит ваш визар , – сказала Кхорнья.

Мелиренья не верила своим ушам. Как девушка так быстро могла стать визар – главным администратором планеты? Она говорила на преувеличенно ломаном языке, как будто издевалась над ними. Рядом с ней стоял рослый мужчина. Мелиренья где-то видела его, но из-за усталости и изумления никак не могла вспомнить…

– Вы все знаете доктора Ванье, – продолжила Кхорнья, представляя им мужчину, который даже по возрасту не мог быть ее покойным отцом. – Этому великому ученому удалось увеличить дальность действия видеофона, и мы надеемся, что отныне наша трансляция будет достигать планет, на которых размещаются ваши поселения. Мы очень долго не получали от вас никаких сообщений. Вы забыли путь домой? Вы больше не хотите общаться с родными и близкими? На тот случай, если у вас испортились навигационные системы, мы сообщаем вам координаты планеты.

Икваскван сделал нетерпеливый жест рукой. Его солдаты схватили Неву и Вири, так же связанных за запястья и лодыжки. Супружескую пару вытолкнули на арену.

– Эй, посол? О чем это сообщение?

Нева подняла испачканное лицо. Ее грива спуталась; космы торчали в стороны; рог был почти не виден.