В своей жизни он совершил всего одну глупость, но в ее глазах и этого могло хватить. Расторгнет ли она помолвку? Наверняка нет! В нынешние времена любовные интрижки считались более или менее естественными даже на взгляд девушки, которая воспитывалась в Бостоне. Карневан принялся внимательно разглядывать свои ногти.
Через некоторое время под предлогом консультации по какому-то деловому вопросу он заглянул к Эли Дейлу и внимательно пригляделся к лицу компаньона. Тот раскраснелся, глаза его блестели, но в остальном он выглядел нормально. И все-таки Карневан знал, что старика уже накрыла тень смерти. Он умрет, и место старшего партнера перейдет к другому — первый шаг к реализации плана Карневана.
Что касается Филлис и Дианы… Ну что ж, в конце концов у него есть собственный демон! Азазел сумеет решить и эту проблему. Как он это сделает конкретно, Карневан пока не знал, но считал, что при любых обстоятельствах следует придерживаться естественных способов. Он не хотел связываться с магией.
Вечером он отпустил Азазела и поехал к Филлис, но по дороге заглянул к Диане. Сцена, которая там разыгралась, была короткой и бурной.
Смуглая, стройная, яростная и прелестная Диана с ходу заявила, что не позволит ему жениться.
— Но почему? — допытывался Карневан. — Если ты хочешь денег, моя дорогая, я могу это устроить.
Диана неуважительно выразилась по адресу Филлис, а потом хватила об пол пепельницу.
— Так, значит, я недостаточно хороша для жены! А она хороша!?
— Сядь и успокойся, — посоветовал ей Карневан. — Попытайся проанализировать свои чувства…
— Ты… хладнокровная рыба!
— …и реши, наконец, что тебе нужно. Ты не любишь меня. Держишь меня на поводке, и это дает тебе ощущение власти и обладания. Ты не хочешь, чтобы меня получила другая женщина.
— Сочувствую той, которая тебя заполучит, — заметила Диана, выбирая очередную пепельницу. Выглядела она очаровательно, но Карневан был не в том настроении, чтобы восхищаться красотой.
— Ну ладно, — сказал он. — Послушай, если ты оставишь меня в покое, у тебя будут и деньги, и все остальное. Но если снова попытаешься подложить мне свинью — пожалеешь.
— Меня не так-то легко испугать! — рявкнула Диана. — Куда это ты собрался? Конечно, на свидание с этой желтоволосой шлюхой!
Карневан одарил ее невозмутимой улыбкой, надел плащ и вышел. Подъехав к дому желтоволосой шлюхи, он столкнулся с трудностями, которые, впрочем, легко было предсказать. Кое-как убедив горничную, он был допущен пред светлые очи ледяной статуи, молча сидящей на диване. Это была миссис Мардрейк.
— Филлис не желает вас видеть, Джеральд, — процедила она сквозь зубы.
Карневан собрался с мыслями и заговорил. Говорил он хорошо. Его рассказ был весьма убедителен, он сам почти поверил в то, что Диана — это миф, что вся эта клевета вымышлена каким-то его врагом. В конце концов после долгой внутренней борьбы миссис Мардрейк капитулировала.
— Не должно быть никакого скандала, — заявила она наконец. — Если бы я считала, что в словах этой женщины кроется хоть зерно правды…
— У человека моего положения неизбежно есть враги, — заметил Карневан, напоминая тем самым, что он — рыбка, ради которой стоит забросить удочку.
— Ну, хорошо, Джеральд. — Женщина вздохнула. — Я попрошу Филлис, чтобы она вас приняла. Подождите здесь.
Она выплыла из комнаты, а Карневан едва подавил улыбку. Впрочем, он знал, что с Филлис ему так легко не справиться.
Она вышла не сразу, и Карневан понял, что миссис Мардрейк трудно убедить дочь в его порядочности. |