|
Но город ропщет, ибо в нем цветет насилие и нет справедливости. В нем нет настоящей законности, нет настоящего порядка. Иностранцы затаились и ждут, когда Гоминьдан допустит промах. Империалисты в других частях страны держат свои армии наготове, дожидаясь удобного момента. Алиса плохо разбирается в политике, но она ловка и проворна. Она прячется в укромных местах, успевая покинуть их прежде, чем ее кто-то увидит. Она слышит сообщения о том, что японцы захватили земли на севере, что англичане и французы тоже планируют захватить все, до чего они смогут дотянуться. Пока в стране царит хаос, люди боятся, что их постигнет печальная участь Ромы и Джульетты, о которых они скорбят. Пока существуют ненависть и злоба, историю Ромы и Джульетты будут рассказывать снова и снова.
Но Алиса просто хочет, чтобы они обрели покой. Солнце наконец заходит за горизонт. Алиса смотрит, как горит серебряная бумага, как сгущаются сумерки. Вскоре единственным источником света становится это пламя, отражающееся в воде канала и в ее темных глазах и греющее ее руки, которые обдувает прохладный ветерок. – Мне бы хотелось, чтобы вы увидели их, – шепчет Алиса. – Ваш союз дает им надежду. Они больше не хотят участвовать в междоусобной войне. Ветер тревожит воду канала, и ее плеск остается единственным звуком на этой поляне. Большинство жителей городка уже разошлись по домам, закрыли окна ставнями и улеглись спать. – Алиса, у меня начинают появляться морщины. – Не драматизируй, Селия. Огонь уже догорел, Алиса давит золу ботинком и поворачивается, чтобы уйти. Ее начальница находится недалеко, она стоит всего в нескольких шагах, будто карауля, но здесь нет людей, которых следовало бы опасаться, в Чжоучжуане вообще нет ничего, что могло бы вызывать беспокойство. Остальные начальники Алисы намного старше, но Селии на вид не больше девятнадцати лет, и она единственная, кто готов мириться с ее странными просьбами. В Селии всегда было что-то знакомое, как будто Алиса где-то видела ее прежде. Но она не может вспомнить, где и когда это было, а те смутные догадки, которые иногда посещают ее, не имеют смысла. Алиса подбегает к ней, но Селия продолжает обозревать канал, всматриваясь в темноту. – Ты все время ездишь в Чжоучжуань в одиночку, якобы для выполнения каких-то заданий, – говорит Алиса, пытаясь разглядеть то, что привлекло внимание Селии. – Ты что, боишься, что те, с кем ты связана здесь, приметят меня и решат, что лучше сообщать информацию мне, а не тебе? Селия изумленно смотрит на Алису. – Как ты узнала, что я приезжаю сюда? – Ты привозишь отсюда еду, на которой есть этикетки местных магазинов. Перестань подкармливать меня, если не хочешь, чтобы я знала, куда ты ездишь. Селия делает долгий выдох и тычет в Алису пальцем. – Никому об этом не говори. Это секрет. Алиса отдает ей честь. Она не протестует, когда Селия берет ее за плечи, разворачивает и подталкивает вперед. Их автомобиль припаркован за пределами городка. – Значит, ты ездишь сюда не потому, что здесь живет твой агент? Следует ли нам беспокоиться о том, что нас кто-то увидит? – Не начинай. Помнишь, что я сказала тебе в прошлом месяце? На руководство Гоминьдана работает моя сестра. Нас в любой момент, – она делает вид, будто стреляет из пистолета, – могут пристрелить. Алиса хихикает, но быстро замолкает, потому что здесь это кажется неуместным. Селия пытается рассмешить ее, но в ее шутке таится боль. Она никогда не говорила, кто ее сестра, и она почти ничего не рассказывает о себе. Но у Алисы все равно начинает щемить сердце. – Спасибо за то, что ты привезла меня сюда, – тихо говорит она. – Мне это было необходимо. Сзади слышится плеск. |
