– Блез был больше теоретиком, а Вадим – практиком, – пояснила Ори и неожиданно зябко поежилась. Говорить о муже в прошедшем времени оказалось тяжело.

– И часто они так увлекались?

Кинув быстрый взгляд на Райта, Ориана испытала легкое чувство стыда. За последние несколько лет они с Вадимом заметно отдалились друг от друга. Он был увлечен исследованиями, а она… Не мешала ему, спокойно занимаясь своими делами.

– Каждый раз по-разному, – безразличным тоном поведала Ори. – В последние месяцы такое случалось чаще, Вадим начал писать диссертацию по своему исследованию, но я не знаю, о чем она. Не то чтобы он прятал ее, просто просил потерпеть немного, пока не наработает более обширную базу.

– Где он хранил бумаги?

– В своем кабинете. Я провожу тебя.

Кабинет Вадима располагался на первом этаже солнечной стороны дома. Просторная комната была сплошь заставлена стеллажами с книгами и свитками по целительскому искусству. Около окна, сейчас зашторенного плотными гардинами, стоял широкий стол, заваленный бумагами и папками. Включив свет, Ориана неодобрительно осмотрела творящийся беспорядок. И вдруг поняла, что не хочет ничего здесь менять. Хотя раньше она часто уговаривала Вадима сделать ремонт или хотя бы сменить потертую ковровую дорожку, бывшую некогда коричневой с золотистыми узорами. Или купить новую настольную лампу, с аккуратным абажуром, а этого монстра, с перекошенным колпаком выгоревшего бежево-золотистого цвета, выкинуть на помойку!

– Вадим ругался, когда я пыталась здесь убрать, – сказала Ориана, словно оправдываясь. – Первое время мы часто спорили по этому поводу, а потом договорились. Я имела полное право делать с домом все, что пожелаю, но при этом не входить в кабинет, чтобы прибраться.

– Я тоже не люблю, когда трогают мои вещи, – ответил Райт, осматривая помещение. – Но Арилеса ужасно упряма, поэтому иногда устраивает набеги на кабинет и все там убирает.

– Арилеса? – переспросила Ори, почувствовав… Она предпочла отмахнуться от странных эмоций, на которые не имела права.

– Моя дочь. – В голосе Райта послышалась нежность, все же заставившая Ориану испытать приступ недовольства. – Кстати, а твоя где?

– Сегодня уехала к моей подруге в столицу. – Ори постаралась скрыть тревогу и подошла к столу. – Она собиралась поступать в академию, вот я и решила, что смена обстановки Рине не повредит. Смотри, Вадим хранил важные документы именно здесь. – Целительница указала на встроенный в стол сейф. – Только я не знаю, как его открыть. На нем магическая печать на основе слепка ауры Вадима.

Отодвинув Ориану в сторону, Райт присел на корточки и принялся изучать сейф. Тот имел очень мощную защиту, последнюю разработку артефакторов, и просто так его не вскроешь. Вернее, создатели утверждали, что его вообще невозможно открыть нечестным путем, но, как известно, прогресс не стоит на месте не только у законопослушных граждан. Медвежатники, судя по слухам, уже начали экспериментировать с созданием отмычек.

«И все же им далеко до талантов Марка», – мысленно усмехнулся он.

Лучший друг был великолепным артефакторщиком. И если бы не вовремя подсуетившийся начальник тайной полиции, дядя Марка, парень мог бы стать выдающимся взломщиком. А так лест Лавр фор Мерсек, опасаясь, что в голову молодому таланту придут дурные мысли от скуки или еще от чего, попросил предшественника Райта устроить племянника к себе в отдел. Впоследствии никто из них об этом не пожалел. Марку была предоставлена возможность экспериментировать сколько душе угодно, а отдел заполучил первоклассного специалиста.