Голоса удалились. Кто-то крикнул:

— И держись подальше, пляжный бездельник! — Последовал новый взрыв хохота. Наконец, все стихло.

Я выждала еще полминуты и вышла из туалета. Дверь Барабаса была открыта. Жалюзи были подняты, и я увидела его сидящим за своим столом, с торчащей во все стороны, будто иголки ежа, ярко-рыжей шевелюрой.

— Он готов вас принять, — уведомил Клерк.

Я вошла в кабинет Барабаса, усадила Куницу на один из клиентских стульев, а сама заняла второй.

Барабас поднял голову. У него было живое лицо с угловатыми чертами и проницательные зеленые глаза. Его кожу (настолько бледную, что только чудом она не светилась по ночам), спасала от солнечного ожога исключительно сила Lyc-V. Несмотря на жару, на нем был костюм, но он снял пиджак и закатал рукава голубой рубашки, обнажив мускулистые предплечья. Все в нем казалось быстрым и отточенным.

Не задерживай дыхание. Веди себя естественно. Ты пахнешь совсем по-другому.

Барабас разглядывал нас с Куницей.

— Чем могу вам помочь?

Я опустила узкий золотой слиток на его стол. Он был длиной примерно с мой палец, полдюйма в ширину и полдюйма в высоту.

Барабас нахмурил брови и потянулся к телефону.

— Чарльз, зайди ко мне на минуту.

Мгновение спустя, в комнату вошел пожилой латиноамериканец. Он поднял слиток, пристально рассмотрел его вблизи и положил на место.

— Настоящее.

Барабас кивнул, и Чарльз молча удалился.

Управляющий Гильдии сложил пальцы домиком перед собой.

— Гильдия к вашим услугам.

Еще бы, за двадцать-то кусков.

— Это Куница.

Барабас протянул руку.

— Рад знакомству, Куница. Я Барабас Гиллиам, управляющий Гильдией.

Куница легонько помахала ему пальчиками, но руки так и не подала.

— Куница у нас беспризорница, — пояснила я. — Она никому не доверяет, особенно взрослым мужчинам.

— Хороший подход. — Барабас откинулся на спинку стула.

— Мне нужно, чтобы вы ее охраняли.

— Вы обладаете какими-либо законными полномочиями в отношении этого ребенка?

Так и знала, что он спросит. Прежде, чем стать во главе Гильдии, Барабас был юристом Стаи.

— Нет. Однако, у нее нет живых родственников. Девочка — сирота, живущая на улице. Я ее не похищала.

Барабас повернулся к Кунице.

— Ты сирота?

— Да.

— Она очевидец убийства. — Технически, это не было правдой, но на пояснение всех подробностей потребовалось бы время, а Барабасу они были ни к чему. — Ее ищут опасные люди.

— Как надолго ей понадобится защита?

— На неделю.

Барабас глянул на золотой слиток.

— Вы переплачиваете как минимум вполовину, если не больше.

— Думаю, вы меня не поняли. Я хочу, чтобы вы ее защищали. Вы, лично, или…

Черт. Я не могла обратиться ни к кому из них по имени, а Барабас с Кристофером поженились после моего отъезда. И кто взял чью фамилию? Был он Кристофером Гиллиамом, Кристофером Стидом или Кристофером Гиллиамом-Стидом. Или Кристофером Стидом-Гиллиамом? Если я скажу что-то не то, это будет означать, что я знала их до свадьбы. Барабас никогда бы позволил подобному прокатить.

— …член вашей семьи. — Ну, как-то так! — Отсюда и повышенная плата. Если ей понадобится защита спустя одну неделю, я вернусь с аналогичной оплатой.

Это могло проделать брешь в моих нынешних финансах, но оно того стоило.

— А если вы не вернетесь?

— Тогда я ожидаю, что вы поступите так, как посчитаете нужным.