— Ну что же, остается только надеяться, что мне не придется вызывать доктора Брэниона.

Он чем-то раздражен, это странно. Злится на нее за то, что ему сегодня придется обедать немного позже? Арабелла широко улыбнулась, довольная тем, что ей удалось вывести его из себя, и весело заметила:

— Папенька наградил меня отменным здоровьем.

Она направилась прямо туда, где он стоял, прислонившись к каминной полке, и не остановилась, пока не подошла к нему почти вплотную. Что она делает? Она что, хочет разбудить зверя? Граф смотрел на нее почти с испугом. Но нет, это не испуг — скорее изумление.

Просто ее поведение разительно отличается от того, что ему пришлось наблюдать в течение целой недели. Неужели Арабелла следила за ним, делая вид, что избегает его? Джастин отвернулся от нее и шагнул к двери. Он пойдет в столовую. Самое время — ведь он сам заявил, что из-за нее задержался его обед.

— Джастин.

Он удивленно уставился на нее. Наверное, он ослышался. Что все это значит?

— Я для вас «сэр», мэм.

— Да, так было, но теперь мне захотелось узнать, не рассердитесь ли вы, если я назову вас по имени?

— Я знаком с вами всего неделю. Мы с вами не в таких уж дружеских отношениях, чтобы пренебрегать официальным обращением. Нет, оставим все как есть. — И тут он с удивлением увидел, как она провела языком по нижней губке — хорошенькой, полной губке, влажной и блестящей.

— А я и хочу быть с вами поприветливее. Может, тогда вы передумаете? Может, это случится после обеда?

Граф покачал головой, не отводя от нее изумленных глаз.

— Вы не Арабелла Деверилл, — твердо произнес он. — Вы, наверное, ее сестра-двойняшка, которую все это время продержали запертой на чердаке одного из сорока фронтонов.

— Нет, она все еще там, закованная в цепи. Слышите ее жалобные стенания? Хотя нет, еще не время — они слышны только в полнолуние. — Арабелла смущенно улыбнулась. — Прошу вас, сэр, вернитесь и присядьте. Нам с вами предстоит обсудить очень важный вопрос.

— Что еще за вопрос? — хмуро спросил он, не двигаясь с места. — Нет, не говорите больше ни слова. Для нас с вами существует только один вопрос, и я прекрасно знаю, в чем он состоит. Женщина не может свататься к мужчине, поэтому оставим этот разговор. Кроме того, я не собираюсь с вами беседовать ни на какие темы, пока не пообедаю. — С этими словами он яростно дернул за шнурок звонка.

— Отец всегда говорил мне, что полный желудок — залог хорошего настроения мужчины. Правда, он как-то обмолвился, что это не самое главное, — не уточняя, однако, что именно является по-настоящему важным, — и тем не менее, я полагаю, для того, чтобы вы стали сговорчивее, вас нужно хорошенько накормить.

Он остолбенело уставился на нее, не зная, что и сказать. Ничего, скоро он женится на ней, и после первой брачной ночи она перестанет быть такой наивной.

— А, вот и вы, Краппер. Распорядитесь, чтобы обед принесли в эту комнату. Леди Арабелла не желает спускаться в столовую.

Несколько минут спустя подали обед — жареную свинину с горошком.

— Леди Арабелла заказала это, милорд, — промолвил Краппер.

Пахло очень аппетитно.

— Это так?

Она кивнула.