— И что за проблема?

— Цвет, — коротко ответил Гербер, но потом пояснил: — Рассматривается два варианта, диаметрально противоположных.

— Это белый и черный? — решил пошутить я.

— Да, говорят, что так сейчас модно.

— К чертям всю эту моду! Если готовы восстанавливать, то пусть будут добры делать в той цветовой гамме, которая есть! Передай, что классика всегда ей останется! Да, еще вот что, пусть не вздумают вносить что-то от себя в обстановку! — предупредил Гербера, почему-то избегая имен княжны и внучки губернатора.

Управляющий заверил, что все сделает в лучшем виде и я могу спокойно заниматься своими делами. Ну-ну, боюсь, что следующие звонки пойдут уже от подруг и они начнут вешать мне лапшу на уши, что мол в наличии оказались только такие расцветки и выбора нет. Посмеиваясь про себя, направился к дому Марианны. Там, совместно с подошедшим Василием, разгрузили товар, и я переговорил с Галиной. Женщина оказалась лет тридцати, со слабеньким лекарским даром, но концентрат для приготовления мазей сделать в ее силах. Дал ей рецептуру и попросил за пару дней сварить несколько порций. Если управится и результат окажется достойного качества, то поговорим уже конкретнее. Марианна в сторонке все время находится, избегает остаться со мной один на один. И чего волнуется? Что было — прошло. Но пообщаться с ней планировал, да не вышло. Опять последовал звонок на сотовый, но на этот раз с неизвестного номера.

— Слушаю, — ответил я на вызов.

— Господин Жергов? — уточнил чей-то незнакомый голос.

— Допустим.

— Это один неизвестный вам доброжелатель, — медленно произнес баритон. — Сегодня, на одно из ваших производств, люди Хурсина произведут атаку. Но у химдома возникли проблемы в отдаленных районах княжества, на одной из границ и большую часть боевиков отправят туда. Резиденция и офис главы клана будет пару дней без надлежащей охраны.

— А… — начал я, но в трубке уже короткие гудки.

Очень смахивает на развод, наверняка таким образом пытаются заманить в западню. Мало того, что «доброжелатель» откуда-то узнал мой номер телефона, так он еще и про переброску боевиков информирован. С другой стороны, можно допустить, что внутри клана идет борьба и мне слили достоверные данные. Хотя, если Хурсин отдаст приказ об атаке на производство в Дыково, то выбора в любом случае не останется. Межклановые разборки, негласно, никогда не задевали простых работников, трудящихся на заводах и фабриках. Нет, если у клана дела начинают идти плохо, то люди страдают, теряют в зарплатах.

— Стас, ты в школу-то когда придешь? — поинтересовался Василий. — Наши одноклассницы тебя ждут-не дождутся!

— С чего бы? — задумчиво поинтересовался я.

— Ходят слухи, что девки между собой поспорили, кто тебя в себя влюбит. Прикинь, идиотки!

— Глупо, — пожал я плечами, ища в телефонной записной книжке номер директора площадки моего производства, — мутить, как ты выражаешься, ни с кем из них не собираюсь.

— Стас, не упускай шанс! — азартно зашептал одноклассник. — Мы можем вдвоем на встречи ходить, девчонки…

— Твою…! — в сердцах перебил я его, увидев высветившуюся надпись на смартфоне «Элла Федоровна Игнатова, директор». — Слушаю.

— Станислав Викторович? — устало произнесла женщина.

— Да, это я. Элла Федоровна, что-то случилось?

— У нас пожар, горят складские помещения и здание, где хранилось законсервированное оборудование, — убитым голосом, сказала директриса производственной площадки, помолчала и продолжила: — Пожарные работают, с огнем справиться не могут.