— Ну? — спросила она, отложив недоеденный круассан. — Что за новая напасть? Чего опять царевич с ума сходит?

Щербатовы умоляюще уставились на Мартина, но смуглокожий детина и глазом не повёл, всем своим видом намекая, что давать ответ придётся именно хозяевам дома.

— Дело касается Максима Белозерова, — собравшись с мыслями, проговорил князь.

Вдовствующая императрица нахмурилась. Этот мальчишка не понравился ей с первого взгляда. Она чувствовала к нему дикую неприязнь, сама в полной мере не понимая, с чего бы вдруг. Только ли из-за того, что он выскочка?

Наверное.

Но несмотря на неприязнь, она была готова принять его во фракцию Димы. Ведь хороший лидер не разбрасывается талантами, которые валяются у ног.

Но этот мальчишка посмел воротить нос!

Императрица гневно скрипнула зубами.

— Что с ним? — рявкнула она. — Только не говорите, что он до сих пор жив? Вы ведь отправили гвардейцев? Там были люди Булатовых и Касимовских. И их не хватило? На жалкого простолюдина⁈

— Не хватило, — проговорила Щербатов и, видя, что госпожа начинает закипать, зачастил: — Но они бы справились! Точно справились! Если бы не явился Его Высочество Царевич Владислав!

— Что? — опешила императрица. — А ему-то что здесь надо? Погоди… Не хочешь ли ты сказать…

Женщина начала медленно подниматься из-за стола, из-за избытка эмоций теряя контроль над энергией. Над её головой возникло штук пятьдесят коротких метательных ножей, нацеленных на Щербатовых.

— Никто не мог ему помешать! — выкрикнул князь, концентрируя покров и готовясь защищать себя и свою жену. — Он сделал Белозерова графом!

— ЧТО??? — взревела императрица и висящие в воздухе ножи, рванули вперёд.

В последний момент она смогла хоть немного взять себя в руки, и ножи, изменив направление, с грохотом врезались в стену позади Щербатовых.

А затем исчезли.

— Выродок этой безродной суки сделал из безродного смерда высшего аристократа… — сквозь зубы процедила Елена.

И что было силы врезала по столу.

Посуда разлетелась в разные стороны, а стол превратился в щепки.

— Тупые потомки тупой простолюдинки! — прорычала она. — Даже после смерти эта сучка несёт в мир всякое дерьмо! И надо ж было нашему императору взять третьей женой, личную дворянку⁈ За что такие почести, а⁈ За то, что она ему жизнь спасла? Сделал бы баронессой и послал бы куда подальше!

Щербатовы предусмотрительно молчали в тряпочку. Согласиться с императрицей сейчас, значит, оскорбить выбор прошлого императора. А это недопустимо. По крайней мере не перед императрицей уж точно.

А то, что Елена до сих пор терпеть не может ныне покойную императрицу Валентину и её сыновей — было известно всем во фракции царевичей Дмитрия и Михаила. Ведь вторая жена императора — Елена имела все шансы обойти первую, если бы подарила мужу наследника. Да вот не успела — встряла третья жена. Валентина родила Константина на три месяца раньше, чем Елена Михаила.

Так обретя общего врага — третью жену своего мужа, две первые императрицы — Арина и Елена даже смогли закрыть глаза на прошлые дрязги и создать подобие дружбы.

Которая продлилась ровно до смерти их мужа… Точнее, до его завещания, что корона отойдёт лишь достойному и то, через десять лет.

Тяжело выдохнув, императрица взяла себя в руки и покачала головой.

— Мерзавец, оскорбивший нас, до сих пор живёт и здравствует, — сдержанно проговорила императрица. — Да ещё и стал графом. Полагаю, мы не можем простить ему такую наглость, верно?

На этот раз Щербатовы не стали отмалчиваться и с жаром поддержали императрицу.