Света там как вообще? Покров сможет удержать? В сознании ли? Хм… это ещё что такое?

Я уже почти догнал «Медведя», когда увидел, что его бронированное стекло поехало вниз. В салоне что-то сверкнуло, стекло начало подниматься…

Там явно какая-то возня!

Светка, похоже, пытается сбежать! А значит, покров какой-никакой, но активировать сможет!

Что ж… прости меня, моя любимая первая машина…

Напитав свой покров энергией, я ввалил газ до упора. Мы уже были за городом и сейчас ехали по извилистой двуполостной дороге, проложенной на высоком холме. Справа от обочины за отбойником росли деревья, тянувшиеся вниз к берегу Оби.

Выехав на встречку, я быстро поравнялся с «Медведем». Боялся, что на крыше «Медведя» откроется люк и какой-нибудь злодей полезет к пулемёту, чтобы выпустить очередь по небронированной ×5М.

Но вместо этого опустилось водительское окно. И водитель, и пассажир были в чёрных одеждах и масках. Пассажир вытянул руку в сторону моей машины, и перед его пальцами начали сверкать крохотные молнии, которые с каждым мгновеньем увеличивались в размерах.

«Отсюда смогу! Подсоби!» — мысленно крикнула Фая и раздался звон битого стекла пассажирской двери моей машины.

Я горестно взвыл, глядя, как невидимая для других зверюга влетела в голову водителя «Медведя».

Сам же, ускорившись, вывел тачку на полкорпуса вперёд и резко крутанул руль вправо, мысленно вновь извинившись перед «БМВ».

Послышался оглушительный скрежет. Всё, что я мог сделать своей машинкой, которая весит две с половиной тонны, против девятитонного монстра — подкорректировать его движение. «Медведь» врезался в отбойник и сбив его, понёсся по холму вниз, сметая тонкие деревья. Остановить его смогла только какая-то древняя сосна.

Мою же машину от удара закрутило, завертело и вдарило бочиной об отбойник метрах в десяти от места падения «Медведя».

Отчего-то движок заглох. Похоже, не только корпус «Бэхи» пострадал.

«Сгорел сарай, гори и хата», — мысленно подумал я, прыгнув рыбкой в водительское стекло — это был самый быстрый способ добраться до похитителей Светы.

Стекло со звоном разбилось, но на мне не было ни пореза. Хвала покрову.

На бегу я призвал броню, тришулу убийцы дагона и метательный топорик, тут же начал напитывать артефакты своей энергией.

Меня подташнивало. И вообще, не хотелось шевелиться. Ощущения были сродни тем, когда я пережрал пельменей со сметаной. А всё почему? А потому что мне всегда приходится перманентно тратить энергию на поддержание пространственного кармана. И чем сильнее он забит, тем больше энергии тратится.

А сейчас в моём пространственном кармане плещется чудо-водичка из целебного источника на болотах. И у меня есть ощущение, что, если я неудачно подпрыгну или резко уклонюсь от вражеской атаки, эта водичка у меня из ушей потечёт.

Я материализовал себе в рот чипсов и, почти не жуя их, проглотил. Энергия тут же начала восстанавливаться.

Открылась громадная пассажирская дверь «Медведя», и я тут же метнул топорик в лоб мужику, с ног до головы облачённому в зелёные латы.

Топор помял его шлем, но полностью защиту не пробил. И всё же боец попятился, уперевшись спиной в дверь. Я сократил расстояние и с подшагом ударил трезубцем перед собой. Бил в сочленение доспехов на поясе. Враг не успел защититься. Я прикончил сильнейшего бойца в этой группе!

Чёрт! Пока рано радоваться.

Мой противник натянул под латы ещё и кольчугу! Это ж надо было подобрать совместимые артефакты! Как раз кольчуга на последних сопельках и смогла остановить мой удар.

Вдруг вокруг резко похолодало. Дверь и корпус «Медведя», траву и примятые ветки кустарников под ногами — всё вмиг затянуло холодом!

Я дёрнул тришулой в сторону.