Баронесса выглядела очень соблазнительно. Притом и одета она была «по погоде». В том смысле, что она знала, что едет на стройку-разруху и не стала наряжаться в платьюшки, выбрав более подходящий наряд.

Сейчас мы стояли на границе моих владений, где баронесса оставила свой транспорт.

— Что ж, фронт работы мне понятен, Максим Константинович, — проворковала она своим чарующим грудным голосом, напоследок окинув взглядом мои земли. — В течение суток я подобью смету. Рада, что вы выбрали именно нашу компанию.

Она посмотрела на меня игриво своими большими почти оранжевыми глазами.

Что за дама, а⁈ Её фамилия ей вполне подходит. Будоражит собеседников эта женщина здорово. Будто бы в самом деле вокруг пожар.

— Просмотрев другие предложения на рынке, я решил, что ваше наиболее выгодно, — спокойно ответил я. — Когда вы сможете приступить к работе?

— Как только согласуем смету и подпишем договор. Надеюсь, никаких форс-мажоров не будет? — улыбнулась она краешком губ.

— Вы меня спрашиваете? — усмехнулся я.

— Ну ведь это о вашем поместье ходят всякие леденящие душу слухи. Я не хотела бы, чтобы мои строители бесследно пропали, — она хлопнула глазками, состроив невинное выражение лица.

Вот только в невинность этой властной вдовы я уж точно не верю.

А ещё меня удивляет её осведомлённость. Это только со стороны может показаться, что Новосибирск — город провинциальный, и каждая собака должна тут знать, что же случилось с легендарным родом Воронцовых — Первым Мечом Империи, и что там сейчас с их домом.

Ага, как же! Большинство людей уже и забыли о Воронцовых. Как-никак почти восемьдесят лет назад род пал. И местная достопримечательность — всего лишь заброшка недалеко от точки постоянных аномалий.

Плевать на этот неликвид хотели все. Если специально не собирать информацию об имении, ты о нём знать не будешь.

Но Рыжая Вдова знала. Ещё там на приёме она мне намекнула, что с радостью возьмётся за этот проект, если обеспечу безопасность её людям.

Любопытная женщина…

И энергетический рисунок у неё не такой, как у всех.

— Не переживайте, бесследно они не пропадут, — улыбнулся я.

— Но могут пропасть, оставив след? — чуть нахмурилась баронесса. — Что вы имеете в виду?

На пару секунд я задумался, стоит ли об этом говорить. Но быстро решился, ибо строители — невинные люди, а смерти невинных людей, ещё и по моей косвенной вине, меня сильно раздражают.

— Я хочу, чтобы ваши люди себя обозначили так, чтобы издали было понятно, что это работники Её Благородия баронессы Пожарской, а не мои, — серьёзно произнёс я. — У меня хватает неприятелей, и я не хотел бы, чтобы они убили строителей, посчитав их моими людьми. А связываться с вашим родом, чтобы досадить мне, вряд ли мои неприятели захотят.

— Хм… — задумчиво протянула баронесса и заинтересованно посмотрела на меня. — Любопытные вы вещи говорите, Максим Константинович. Не боитесь, что после вашей откровенности я могу передумать с вами работать, чтобы не рисковать своими людьми? Зачем мне такой сложный клиент? Куда проще построить очередной детский домик для детишек какого-нибудь князя, у которого территория защищена так, что там мышь незамеченной не проскочит?

— Откажитесь — так откажетесь, — пожал я плечами. — Я просто привык вести дела честно.

Несколько секунд баронесса молчала, а затем её губы растянулись в счастливой улыбке.