В нашей культуры мы знаем это по самурайским фильмам, недавний сериал Сегун прям с этого начинается. Некий благородный человек перебил более благородного, отчего его охватил стыд. И он убил себя и сына. Красиво, ритуально.

Однако, это скорее норма, чем правило. такие сюжеты есть в Индии, правда, они скорее мифологизированы. Есть и документированные, это уже Османская империя. Некий всадник (видимо тяжелый) жил на доходы с части рынка в одном из городов (такие феоды, кстати, практиковались и на западе, рыцарю могли пожаловать доходы с рынка, или моста) и чем-то вызвал неудовольствие султана. Толком ничего не понятно, из записей известно только, что ему стало стыдно и он убил себя, и султан «в мудрости его» отдал надел этого стыдливого профессионального убийцы другому.

Согласитесь, такой сюжет даже в цикле про Артура немыслим. Рыцари круглого стола достаточно благородны, чтобы рисковать собой в битве за короля, убивать женщин в Камелоте, спать с женой Артура, но не достаточно стыдливы, чтобы убить себя если это вскроется. Но что же делало рыцарей такими бесстыдно благородными и решительными в отстаивании своих высоких моральных принципов, желаний, и прав на тендера?

Замок. Рыцарский замок. И сейчас я расскажу, почему.

Укрепления люди строили с тех пор как вообще стали людьми. Обычно эти укрепления были продуктом какой-никакой, а государственности. На картинке древнее египетский форпост, которым они анально огораживались от дикарей из пустыни.

Древние племена строили укреплённые поселения на холмах, иногда насыпая их (холмы) вручную. Города обносили себя стенами. На картинке ниже реконструкция South Cadbury Hillfort, в юго-восточной Англии. Эта кельтская крепость была расположена на плато и занимала площадь 7.3 га, периметр оборонительной линии составлял примерно 1.2 км.

В I веке н.э. ее заняли римляне. Жизнь тут, по данным раскопок, вновь забурлила в 470—580 гг. К этому же времени относится обнаруженный археологами «Великий зал» размерами примерно 10 на 20 метров (см. правый нижний угол рисунка). Крепость, видимо, была в составе Думнонии. Затем наступил длительный перерыв — и хиллфорт вновь недолго использовался в 1010–1020 гг., для монетного двора.

В XVI веке английский поэт Джон Леланд отождествил эту крепость с Камелотом. Хотя у версии немало сторонников, это не единственный кандидат в легендарные замки.

Башни на Кавказе, как правило были общей собственностью клана или селения.

Именно этим замок феодала и отличается от них всех — это собственность одного, конкретного человека.

Просто очень редко все складывалось так, что люди могли возвести серьезные укрепления без уже сложившейся, мощной центральной власти. Именно в Европе, после падения Римской Империи, в таких, откровенно противоестественных, условиях, оказался обширный регион.

Мне на глаза попали картинки, иллюстрирующие эволюцию конкретного замка, и я просто не смог ими не воспользоваться. Все началось веке в восьмом. Я уже разбирал это подробно в своих «Средневековых битвах». Сейчас повторюсь.

Как кажется мне (и не только) само возникновения феномена европейского феодализма как такового, явилось следствием окончательного распада сильного государства. После внезапного вакуума на месте некогда всемогущей власти римских Императоров, в условиях войны всех против всех, вооруженные отряды, начали окапываться на местах прокорма — рядом с деревнями, перекрестками, мостами, просто дорогами. В наскоро сооружаемых блок постах.

Первые замки это землянки на холме, с дозорной вышкой, чтобы идущего мимо «терпилу» не пропустить. Одаль Скандинавии, или боярская усадьба под Новгородом — и то приличней будут. В «Храбром Сердце», Мэл Гибсон наказывает своего первого англичанина как раз в таком.