|
Эльфийское княжество находилось в девяти днях лёта, но Легар сократил путь гонцу, а поскольку у того имелся с собой магический кристалл связи, их магам ещё так и не вернули, то уже вечером князь поговорил с владыкой и тот сказал что ждёт их в любое время, поскольку в Гейруте льют дожди и они по несколько дней кряду не выходят из замка. Поэтому на следующий день Легар, его бывшая наложница и двое друзей с первыми лучами солнца уже сидели верхом на грифонах. Взяв в жены Майтангу, Иловир первым делом потребовал себе грифона и хотя не он его приручал, все орки тут же признали его власть над собой и вот почему, — если человек летает на грифоне по-орочьи и стреляет из тяжелого орочьего лука так, как это им не снилось, значит он белый орк.
Княгиня Майтанга, подумав, махнула рукой на весь свой гардероб и надела наряд орчанки, предназначенный для верховой езды на гигантских северных лосях и полётов на грифонов. Причём не простой, а жены вождя. Её муж хотя и надел княжеский наряд для верховой езды, сидел на грифоне по-орочьи, то есть без седла. Помимо этого всех четверых летунов объединяло то, что на их головах красовались обручи из чистого самородного железа, ещё более редкого, чем золото, с белыми круглыми камнями. Четыре могучих, белокрылых грифона взмыли в небо и через несколько минут влетели в портал прохода, чтобы оказаться под нудным, мелким, но частым проливным дождём в тридцати километрах от замка владыки Лессерина. Никого из них совершенно не беспокоил ни дождь, ни холодный ветер. Крылатые эльфийские лучники сочли такую погоду нелётной и потому в воздух не поднялись. Наверное именно поэтому Легар, внешний вид которого оставлял желать лучшего, и смог приземлиться во внутреннем, высоком дворе замка невероятной красоты, защищённом от непогоды золотистым, мягко светящимся, магическим куполом. Под ним цвели и благоухали цветы, пели птицы и, вообще, царило самое настоящее лето. Дюжина эльфов, одетых в одинаковые долгополые наряды нежно-зелёных, золотистых тонов, просто невообразимо красивых, инстинктивно положили руки на эфесы своих мечей, увидев Легара, и Буран, речь которого совершенствовалась с каждым днём, ехидным тоном поинтересовался у них: - Вы хоть представляете себе, что вас ждёт, если за свои мечи возьмётся Белый Орк Легар? Учтите, я в стороне не останусь. Из широкой груди Бурана вывалился Эолтан, свирепо зарычал и присоединил свой голос: - Хотя я и пёс-призрак, остроухие, у меня есть чем вцепиться в ваши задницы, так что оставьте мечи в покое. Легар спрыгнул с грифона, показал свой золотой браслет и вполне миролюбивым тоном сказал: - Всё нормально, парни, мы мирные орки и не собираемся устраивать погром в этом замке. Мы просто сопровождаем княгиню Майтангу и заглянули к вам буквально на несколько минут. Проведите её светлость к супруге владыки Лессерина, а мы побудем здесь. Понюхаем цветочки и послушаем пение птиц. Княгиня сама, без чьей-либо помощи, соскочила с грифона и решительно направилась к изящной, резной арке входа. Два грифона, её и Легара, тут же легли на живот и принялись делиться впечатлениями. Минуту спустя к ним присоединились ещё два грифона и три наездника, причём все трое, игнорируя имеющиеся во внутреннем дворике садовые скамейки, сели прямо на каменные плиты, поджав под себя ноги, спиной к опешившим эльфам. Один из них, командир отряда охраны, пришел в себя первым, вспомнил о правилам гостеприимства и воскликнул: - Господа, господа, ну, что же вы! Позвольте проводить вас в залу для приёма почётных гостей и предложить вам выпить горячего вина с мёдом. Вы ведь летели под проливным дождём. - Парни, не напрягайтесь, мы здесь всего на несколько минут, а вино… Вино нам сегодня ещё пригодится. Позднее. В это же самое время Майтанга прошла в сопровождении нескольких эльфиек через большой зал и в следующем, ещё большем, увидела владыку эльфов и его супругу. Они важно шествовали к ней навстречу и слегка улыбались. |
