Ранним утром орк, всю ночь стоявший на смотровой площадке донжона, заорал дурным голосом и разбудил чуть не полгорода, увидев на ближайшей вершине высоченного сигнального дерева огонь. Он сообщил, что к Лавеару, не смотря на ночь, летит на двадцати грифонах отряд, который доберётся до города к одиннадцати часам утра, если никуда не свернёт. На шестнадцати грифонах летели королевские крылатые лучники, а на четырёх везли ещё и пассажиров. Как всё это можно прочитать по огоньку, размером не больше пламени свечи, Легар даже не пытался понять, но его очень интересовало, куда это запропастились гонцы, направлявшиеся в город. Время уже близилось к часу дня, а они не спешили в тепло. Наверное, точно решили приземлиться возле каменоломни, где добывали известняк, без которого не выплавить из руды железа, и решили осмотреть их, а этого прямо говорило о том, что к ним пожаловали с проверкой…

Там работало две сотни человек и три сотни орков. Как одни, так и другие прекрасно вооруженные, в том числе и мощными луками, так что вряд ли крылатые лучники отважатся на них напасть, да, и с чего бы они на них нападали? Однако, не смотря на то, что орчанка-наложница Майтанга уже трижды звала Легара к обеду, он решил подождать ещё десять минут, после чего спуститься вниз, в свои покои. Увы, но когда Нарьюра рассказала обо всём Уртулаю и тот, наконец, уразумел, о чём идёт речь, этот гигант свирепой наружности, вымахавший за два с половиной метра ростом, первым делом потребовал, чтобы Белый Орк породнился с родом Полярного Медведя. Легар рассвирепел и тут же полез в драку. Имел на то полное право. Получив по башке, Уртулай смягчил требования и сказал, что для заключения мира с капитаном Иловиром вполне хватит и того, что он возьмёт в наложницы одну из трёх сестёр военного вождя Полуночного народа Северных земель. Тогда мир между орками и людьми станет вечным, а если у них родится сын, то он станет вождём.

Легар поинтересовался, сколько лет его сёстрам и узнав, что младшей восемнадцать, а старшей двадцать два, все они похожи на Нарьюру и ещё не замужем, немедленно согласился. Уртулай, радостно заулыбавшись, тут же известил Легара, что после того, как его сестра родит сына от Белого Орка и тот уберётся восвояси, очередь из самых родовитых женихов выстроится вдоль Большой Хейяры аж до берегов океана, а племя Полуночников от этого сразу же увеличится. Не мешкая ни минуты он приказал всем своим крылатым оркам собраться, их у него насчитывалось три дюжины, приказал мастерами сигнальных огней известить о грядущем братании с людьми всех охотников и трое суток спустя, едва проспавшись после грандиозной пьянки, они взобрались на грифонов и отправились в крепость. У Легара под правым глазом лиловел здоровенный синяк, а Уртулая два, под обоими. В таком живописном виде они и прилетели в город.

Разговор Уртулая с капитаном Иловиром занял не более двух часов. Орк, посмотрев на то, какими темпами строятся дома, на скорую руку побратался с ним, пообещал пригнать из северного мелколесья всех белых рабов, а также стариков, детей и женщин и немедленно принялся готовиться в дорогу, маскировать с помощью имеющихся в крепости магов-лекарей синяки на своей физиономии. Как только физиономию Уртулая привели в полный порядок, Легару пришлось отправиться с ним на смотрины и через трое суток он выбрал себе в наложницы самую тихую и застенчивую из трёх сестёр этого драчливого великана, — красавицу Майтангу. Правда, уже через неделю он понял, что именно означает пословица — в тихом омуте черти водятся. О, нет, с ним Майтанга была удивительно нежна и ласкова, но вот всеми остальными командовала так, как это не снилось даже капитану Иловиру, а тот был очень строгим офицером и никому не давал спуска, моментально пуская в ход то кулаки, то кнут.