— Я подумаю о созыве встречи, но она не будет проведена в Нью-Йорке; там у нас нет помещения.

— Было бы, если бы отель был достроен, как предусматривалось планами. Предлагаю провести встречу в твоем доме. Нас всего двадцать два человека; мы свободно разместимся в библиотеке.

— В моем доме? Не говори глупости.

Феликс раздраженно вздохнул. Ленни входила в состав акционеров. И эта Фэрчайлд тоже. Их ноги не будет в его доме.

— Никакой встречи акционеров в моем доме не будет, никогда.

— Тогда мы можем снять конференц-зал в каком-нибудь отеле. Конечно, в этом случае гораздо больше шансов, что кто-нибудь из репортеров пронюхает про встречу. Не думаю, что это нужно.

— Репортеры? Что ты имеешь в виду?

— В последнее время благодаря твоим усилиям фамилия Сэлинджеров приобрела определенную популярность, Феликс. Они могут решить, что ты новость номер один.

Вновь Феликс замолчал. Никто из членов семьи, даже Аса, не упоминал о его пресс-конференции, а также о разговорах, которые она породила. Про себя он назвал их всех дураками. Только дураки боятся сделать то, что должно быть сделано, или же опасаются разговоров. Но сейчас он почувствовал симптомы тревоги. Его не волновало их мнение, но сейчас он внезапно ощутил первый признак, что теряет контроль над ситуацией. Как мог Томас говорить с ним про встречу в Нью-Йорке, если он только что ясно заявил, что ее не будет?

— Я подумаю насчет проведения встречи в Бостоне, — резко сказал Феликс, — где-нибудь через месяц, если на этом будет настаивать значительное количество акционеров. До этого обсуждать нечего.

— Думаю, есть, — поправил его Томас. Он начинал сам себе нравиться. Он привык к положению уступчивого родственника, попавшего в семью Сэлинджеров путем женитьбы, поэтому шанс принять активное участие в делах компании, выступить против Феликса был подобен живительной струе. «Если бы Феликс был более приятной личностью, я бы не чувствовал себя так хорошо».

— Встреча состоится в Нью-Йорке, ровно через неделю, в три часа дня. Надеюсь, ты будешь на ней присутствовать, если нет — проведем ее без тебя.

— Вы не можете этого делать.

— Отлично знаешь, что можем. Асы нет в городе, но он вернется ко дню встречи и как вице-президент сможет вести заседание.

На этот раз Феликс практически не раздумывал; он не мог пропустить этой встречи и отлично понимал это.

— Я буду. Но никаких заседаний в моем доме. Решение окончательное. Ищите другое место.

— Я предпринял все возможное. Но если репортеры пронюхают, что мы намерены обсудить возможность смены руководства компании…

— Что?

— Не сомневаюсь, ты отлично понял, что я имел в виду, говоря о нашем беспокойстве относительно управления компанией.

Феликс не ответил. Конечно же, он понял, но почему Томас говорит об этом?

— Если пресса узнает, — сказал Томас, — то поднимет шум, по крайней мере, в разделе деловой информации. А так как редакторам известно, кто давал им скользкий материал…

— Хорошо.

Да, предчувствие не обмануло: контроль уходил из рук. Необходимо поговорить с Асой. Асы нет в городе. Но его можно найти, и им можно управлять. Он всегда мог управлять братом. И до тех пор пока Аса поддерживал его при голосовании, вдвоем они могли отклонить любое предложение, поскольку обладали контрольным пакетом акций. Да, нужно поговорить с ним, чтобы он позаботился об этом.

— Хорошо, соберемся у меня. Но это единственный раз. Только раз.

— Встретимся на следующей неделе, — сказал Томас. Повесив трубку, он сразу же набрал номер Поля.