– Всё равно помалкивай. Я отвечу. – Генри смерил ее взглядом. – Нечего светить, что ты девица. Так-то за парня сойдешь, особенно если куртку наденешь, а голос у тебя ну никак не мужской!

Мария-Антония накинула куртку – было жарко, но лучше, в самом деле, не показывать, кто она такова.

– И шляпу надвинь, – проинструктировал Генри. – Едем спокойно, за оружие не хватаемся, но держим наготове. Это вроде люди мирные, но разве разберешь, кто к ним примазался?

Принцесса разглядела незнакомцев едва ли не четверть часа спустя: глаза ее, непривычные к просторам и яркому солнцу, не могли соревноваться в зоркости с вечно прищуренными глазами Генри Монтроза.

Почти навстречу их маленькому отряду неспешно двигалась вереница из нескольких фургонов. Тянули их спокойные медлительные волы, которые вроде и не замечали тяжести скарба, что везли с собой хозяева. Мария-Антония усмотрела нескольких женщин, крепких телом, суровых с виду, и даже детей. И собаки бежали следом за фургонами, не такие, как Звон и Гром, нет, самые обычные, мигом облаявшие встречных.

Псы Монтроза проигнорировали пустолаек, скрылись в траве, решив, видимо, взять небольшой караван в клещи.

Первый возница смерил Генри взглядом, далеким от доброжелательности, но тот лишь прикоснулся к шляпе, кивнул и разъехался с фургоном. Подтянулось несколько всадников, сопровождавших процессию, – это были вооруженные мужчины, неуловимо напоминавшие Монтроза выражением лиц и взглядами. Он переглядывался с ними примерно так же, как его псы с обозными собаками: с определенной долей превосходства, но явно не собираясь лезть на рожон. Да и с чего бы?

– Генри? – окликнул вдруг один из этих людей, когда они уже разминулись. – Монтроз? Ты?

– Джо? – нахмурился тот, но тут же улыбнулся. – Ты тут какими судьбами?

– Да вот, – кивнул тот на обоз. – Работенка подвернулась. А ты?

– И мне подвернулась, – уклончиво ответил Генри. – Вот так встреча, Джо, это сколько ж мы не виделись?

– Да в позатом году, наверно, последний раз встречались, – припомнил Джо. Он был, должно быть, лет на десять постарше Монтроза, седина уже тронула его виски, а лицо, потемневшее от загара, избороздили морщины – больше от привычки щуриться на солнце, нежели от старости. – А это кто с тобой?

– Да так… – пожал плечами Генри. – Один парнишка. Уму-разуму учу.

– А-а! – весело протянул Джо, рассматривая Марию-Антонию. Она поглубже надвинула шляпу, ссутулилась, стараясь предстать перед этим человеком стеснительным пареньком лет семнадцати, не больше. – Давно пора, а то все один да один. Твой?

– Всё шутишь, – ледяным тоном ответил Монтроз. Девушка, будучи в курсе его истории, подивилась выдержке Генри. – Смотри, дошутишься…

– Ладно тебе, – пошел на попятный Джо. – Я ж не со зла… Ты, никак, в Барри направляешься?

– Это как дорога ляжет, – осторожно сказал тот. – А ты-то к кому пристал? Я гляжу, тут и бабы, и дети, ну чисто Ноев ковчег!

– Переселенцы, – махнул рукой его знакомый. – Нанялся вот, платят хорошо, а работенка – не бей лежачего. Всего-то сопроводить до того рукава Майинахи, что на север поворачивает, ты знаешь… Хотят там местечко застолбить, форт будут строить. По осени еще народ подтянется.

– Накануне «сезона бурь»? – прищурился Генри. – Они что, тронутые?

– А мне всё равно, тронутые или нет, – хмыкнул Джо. – Посчитали, что успеем обернуться, а нет, так в одиночку я на Территориях не пропаду.

– Да кто б сомневался! – фыркнул Монтроз.