Мы оба застыли. Я сразу же опомнилась. Не такой уж я была несмышленой девчонкой, чтобы не понимать, к чему может привести эта возня с Томом — к вершинам удовольствия, но и к падению в бездну позора, к осуждению и изгнанию оттуда, куда я попала ценой неимоверных усилий. Особенно если я понесу от него. К тому же я узнала голоса, звучавшие за колючей изгородью: Джейн Рочфорд ссорилась со своим мужем Джорджем, братом Анны.

— Я выследила тебя! — воскликнула она, не стараясь умерить силу голоса.

Я оттолкнула Тома и села, приводя в порядок корсаж.

— Если мне нравится гулять одному при луне, для чего мне здесь ты? — парировал Джордж.

— Ты шел на свидание? — прошипела его супруга.

У меня запылали щеки. Как ни нравился мне Том, я не могла позволить себе руководствоваться чувствами.

— А если и так?

— А если и так, то готова поспорить, что у тебя свидание с очередным мужчиной. Я оказалась женой содомита, а разве твоему отцу, да и королю тоже, не интересно будет об этом узнать? Могу поклясться, единственная женщина, которую ты когда-нибудь любил, — это твоя драгоценная развратная сестрица Анна!

Голоса постепенно отдалялись. Хорошо еще, что Джордж и его супруга не вошли внутрь, иначе они застукали бы нас на горячем или принудили углубиться в лабиринт. «Снова тайны Болейнов, — подумала я. — Тайна за тайной, одна опаснее другой».

— Только не впутывай сюда Анну! — возмущенно сказав Джордж. Теперь мне приходилось напрягать слух, чтобы разобрать слова: я поднялась на ноги, и платье зашуршало. — Откуда мне знать, может, это ты оказалась тут в поисках развлечений с каким-нибудь любовником? — продолжал бушевать Джордж. — Вот почему у нас до сих пор нет ребенка, хоть мы, Болейны, и плодовиты, как и весь род Говардов!

— Черт тебя побери, Джордж! Чтобы сделать женщине ребенка, надо сначала возлечь с ней, а ты не приходил ко мне на ложе уже…

Голоса стихли. Прежде чем наглец Сеймур снова заключил меня в объятия, я поспешила прочь.

— Кэт! — воскликнул он, все еще сидя на траве, но ухватив меня за лодыжку, чтобы задержать. — Я знаю, где есть свободная комната, в которой никто не живет. Прямо под карнизом на северной стороне. И там стоит низенькая кровать.

— Нельзя, — ответила я.

— Я дам тебе знать, когда на горизонте будет чисто, — сказал Том. Я освободила ногу от его хватки. — Я обожаю тебя, милочка, и желаю доказать это всеми возможными способами.

Я чуть не свернула не на ту тропинку, но увидела сквозь листья изгороди огни дворца и побежала.

От соблазна возлечь с Томом — пусть и на траве, и подозреваю, с превеликим удовольствием, — меня спасло то, что его отозвали домой, когда умер самый младший из его братьев. Младший, а не брат-наследник, от которого Том так хотел бы избавиться. После этого то ли отец Тома, то ли сэр Фрэнсис Брайан отправили его на континент, и вернулся он через добрые два года. Признаюсь, я тосковала без него и все боялась, что Том так и умрет на чужбине. Узнала я и о том, что у Кромвеля умерла жена. Возможно, и по этой причине, а не только из-за снедавшего его честолюбия, он с головой ушел в работу. Кромвель стал теперь главным секретарем короля, и обязанностей у него прибавилось.