Ярко-синие глаза на смуглом лице заглянули ко мне в сердце, и здравый смысл сразу ушел в отставку.

— Считай, несчастная любовь, — беззаботно рассмеялась я.

Но Елене шутка пришлась не по вкусу.

— Шути-шути, — с неодобрением бросила она. — Дошутишься.

Она занялась макияжем, показывая, что больше не желает разговаривать. Я не обижалась. Что делать, если я принадлежу к категории женщин, которым не нравится обсуждать свою личную жизнь со всеми подряд?

8

В шесть часов мы спустились на первый этаж, где нас поджидал корпоративный автобус. Елена помахала мне у входа ручкой — ее посадил в свой «Форд» Андрей Палыч. Могла бы и подругу прихватить, ехидно отметила я про себя. Но если она на самом деле развернула полномасштабные боевые действия, я бы только помешала…

Я вошла в автобус одной из последних. Натолкнулась на приглашающий взгляд Володи, рядом с которым было свободное место, и сделала вид, что не поняла его. К счастью, в компании бухгалтеров тоже нашлось местечко, и я надежно отгородилась их мощными телами от незадачливого поклонника.

Доехали мы быстро. «Танцующая корова» встретила нас морем огней и приветливыми улыбками охранников. У меня защемило сердце при виде знакомой вывески, но я взяла себя в руки. Нас привели сюда повеселиться, и я буду веселиться, как сумасшедшая!

Внутри помещение клуба почти не изменилось. Разве что гирлянды из шаров были выполнены в цветах «Скрепки» да над сценой красовался наш большой логотип. Столики не стали сдвигать вместе, как полагается по старой русской традиции, а оставили на своих местах, отчего обстановка в клубе сделалась более раскованной, европейской. Каждый мог развлекаться по своему вкусу — есть, пить, танцевать или общаться с коллегами. До официального начала праздника оставалось чуть больше десяти минут.

Я села за свой столик, налила в бокал немного минералки, как вдруг… Дмитрий Аркадьевич Спешнев наклонился к моему уху:

— Мы решили пересадить тебя к нам.

Кто скрывался за этим «мы», мне не суждено было узнать, но через две минуты я уже сидела за Самым Главным Столиком, между красавицей Еленой и Спешневым. Он был накрыт на семерых, и, помимо меня, Елены и Спешнева, за ним сидел Андрей Палыч и двое замов Бочагова. Одно место, как раз напротив меня, сиротливо пустовало.

— А где директор? — шепнула я Елене.

— Задерживается. Позвонил только что Андрею… Павловичу.

Так-так. Кажется, кто-то не теряет времени даром. Елена решила не ожидать таинственного господина Бочагова, а заняться пусть более мелким, но более осязаемым и доступным объектом.

— Прошу минуточку внимания! — Дмитрий Аркадьевич горой поднялся с левой стороны от меня. — К сожалению, Сергей Александрович задерживается и не сможет присутствовать на торжественном начале нашего праздника. Он попросил меня взять на себя его функции, поэтому я объявляю нашу вечеринку открытой!

Бурные аплодисменты в адрес главного бухгалтера. Спешнев так раздулся от сознания собственной значимости, что я заочно возненавидела Бочагова за опоздание.

Дмитрий Аркадьевич тем временем обстоятельно рассказывал историю образования «Скрепки», а сотрудники уныло внимали ему, поглядывая на столы с аппетитными закусками. Слушать Спешнева было настолько невыносимо скучно, что я от души захлопала, когда он закончил.

— Спасибо, Машенька, — сказал он самодовольно и сжал мое запястье.

Мне захотелось отодвинуться.