Глава 10

Свидетельствует инспектор полиции

Понедельник, 22 июня

— Можете утверждать, что вам угодно, милорд, — сказал инспектор Умпелти, — и я допускаю, что суперинтендант начал склоняться к вашей точке зрения, однако, несмотря на то, что это явное само убийство, я, будучи человеком рисковым, все же присоединяюсь к вам. Будет полезно выследить этого парня Брайта, так как, если идентификация бритвы правильна, то человек, принесший эту бритву, — Алексис, и я не сомневаюсь, что когда бедняга уходил в четверг из дома, он не собирался возвращаться. Вы только взгляните на его квартиру. Все аккуратно прибрано, все счета уплачены, бумаги сожжены в камине — судя по этому, он сказал: «Прощайте» и послал всем воздушный поцелуй.

— Он взял с собой ключ от двери? — осведомился Уимси.

— Да, взял. Но это пустяки. Человек, который постоянно держит свой ключ в кармане, и не должен думать о том, чтобы выложить его. Но Алексис оставил все в полном порядке. Вы бы даже удивились. А что касается письма — его не было. Возможно, он регулярно все сжигал. Не осталось ни фотографий, ни строчки, которые могли бы рассказать нам, кто он был и откуда приехал. Начисто избавился от своего прошлого.

— Есть надежда хоть что-нибудь восстановить из пепла?

— Ни малейшей. Как и следовало ожидать, миссис Лефранс — это квартирная хозяйка — утром в четверг вычистила камин, но мне она сообщила, что все рассыпалось, превратилось в сажу и пыль. Все сожженное и раньше было ветхим. Мне это известно, потому что она показала мне остатки в мусорном ящике. Конечно, там не оказалось ничего, что можно было бы разобрать с помощью микроскопа. Как вам известно, милорд, обычно людям не удается уничтожить все бесследно — иногда остаются несколько полуобгорелых кусочков, но этот малый уничтожил все до основания и, видимо, сознательно. По-видимому, сначала он разорвал все на мелкие кусочки, а потом сжег на сильном огне и кочергой растолок оставшееся на мельчайшие частицы. «Да-а, — сказал я миссис Лефранс, — приятное начало, ничего не скажешь…» Так оно и было.

— А какие-нибудь книги или что-нибудь с надписью на форзаце?

— Только несколько романов с надписью «Поль Алексис» с внутренней стороны обложки и какие-то пустяки — одна или две брошюрки в мягкой обложке, написанные по-китайски.

— По-китайски?

— Ну, похоже… Может быть, по-русски. Во всяком случае, буквы необычные. Вы можете взглянуть на них, когда захотите, но я не рассчитываю, что вы что-нибудь разберете. Еще были одна или две исторических книги, главным образом о России. Но они никак не подписаны.

— Какие-нибудь деньги?

— Нет.

— Имелся у него банковский счет?

— Да, у него был небольшой счет у «Ллойда». Немногим больше трехсот фунтов. Но три недели назад он снял деньги целиком.

— Снял? Все, что было? Н-да, видимо, это было необходимо, чтобы купить бритву…

— Нет, я же уже сказал, что он расплатился с долгами.

— И на них ушли триста фунтов.

— Я так не говорил. Фактически, мы не можем проследить уплату больше, чем на двадцать с лишним фунтов. Но, возможно, он задолжал деньги во многих местах. Видите ли, поскольку он сжег все свои бумаги, затруднительно точно сказать.